Захожу на кухню, улыбаясь. Мужчины уже разложили еду, переговариваясь. Кажется, они очень хорошие друзья.

Сажусь рядом с Диланом напротив Гарольда с Рональдом. Мы начинаем есть. Я слушала рассказы мужчин об их общих приключениях. Они много смеются. Мне это нравится.

Но, несмотря на все опасения, мне все равно хочется узнать больше.

– Рональд, - выпрямляюсь, - а кем вы работаете?

Вижу, как Дилан бросает на меня взгляд.

Мужчина глотает пищу:

– Я – психиатр.

– Правда? Вы работаете в психбольницах?

– Да, недавно перевелся из лечебницы. Так сказать, повысили, - улыбается.

– Вас перевели в наш город?

– Да, тут есть Вайбери, слышала о такой?

– Конечно, я там была на экскурсии в шестом классе.

– Тоже интересуетесь психологией и психиатрией?

Киваю:

– Это интересно.

– Да, я тоже так считаю, - он кладет вилку, - рыться в головах людей с психическими отклонениями – это довольно занимательно.

– Именно поэтому я ненавижу современную психиатрию, - резко перебиваю. – Вы исследуете болезни, но не лечите. Качаете бедных пациентов всякими препаратами. Здесь лоботомия не нужна. Они и без того превращаются в предметы для экспериментов физического и морального вида, - делаю глоток чая, - не так ли?

Мужчина откашлялся:

– Что ж, вы и, правда, интересная личность. Могу я порыться в вашей голове?

– Конечно нет, - смеюсь, продолжая есть.

– А что ты думаешь, - потирает руки, - Дилан, что думаешь о современных методах лечение психических заболеваний?

Я, как и Гарольд, поднимаю голову. Дилан смотрит в тарелку, водя по её дну вилкой.

***

– Прошу не трогай его! – женщина загородила лежавшего на полу мужчину.

– Почему, - парень покрутил головой, сжимая в руках молоток, - почему ты защищаешь его?..

– Я-я люблю… - она не успевает договорить, получая удар в голову.

Любит? Любит этого ублюдка? Он бил её. Я хочу защитить, хочу помочь, а она выбирает его? Почему?

Парень хмурится, подходя к мужчине, который держится за голову. Парень замахнулся молотком. Мужчина застонал:

– С-стой, Дилан!

Удар.

***

– Дилан? – добивался ответа Рональд. Я нахмурилась, переведя глаза на парня, который продолжал смотреть в тарелку, но уже скрипя вилкой об её дно. Я опустила руку под стол, положив её на колено О’Брайена. Тот дернулся, взглянув на меня.

– Дилан? – не отставал мужчина.

Парень перевел глаза на него:

– А какой был вопрос?

– Да брось, ты слышал.

– Не-а, - качает головой.

Мне не нравится атмосфера, которая присутствует здесь. Совсем не нравится…

– Как тебе здесь? На воле? – делает ударение на последнем слове, поднимая глаза на Дилана. Я кусаю губу, чувствуя нарастающую внутри злость. Дилан хватает меня за руку под столом, щуря глаза:

– Нравится, а вам?

– Я никогда не был заточен, поэтому не могу ответить, - улыбается Рональд, попивая чай. – Кая, как давно вы знакомы?

– Думаю, с детства, - отвечаю, как на допросе.

– Но вот так близко общаться вы с каких пор начали? – поднимает брови мужчина. Я мельком поглядываю на Гарольда, который продолжает спокойно есть.

– Личная жизнь, - вместо меня отвечает Дилан, - она неприкосновенна по закону.

– А ещё личности неприкосновенны, - грубо произносит Рональд, вновь смотря на парня, который сжимает мою руку сильнее.

***

Полицейские выломали дверь, вбегая в темные коридоры. Они медленно проходят глубже, держа перед собой оружия. Один из них входит в кабинет, замирая: на полу лежат несколько тел…

…Гарольд бродит по коридору, осматривая жертвы. У всех них разорвано горло. Мужчина сглатывает, поворачиваясь в сторону дверей: выживших подростков выводят из здания. Мальчик, что идет позади всех, останавливается, оборачиваясь. Их взгляды пересекаются…

***

Он мне не нравится.

Я хмурюсь, поглядывая на Рональда. Аппетит окончательно пропал. Дилан вздыхает:

– Спорно, спорно.

Рональд одаривает его улыбкой, продолжая есть:

– Скажи, какого это, убить человека? Нормальные люди не наносят несколько ударов подряд, они боятся, морально не готовы к такому, а затем ещё долго отходят от шока, проверяясь у врачей, а ты, как я погляжу в порядке. В чем твой секрет?

Я полностью теряюсь. Сглатываю, посматривая на Дилана. Тот спокоен, словно это обычная тема для беседы за столом.

– Это интересно, - отвечает, облокачиваясь на спинку стула.

– М, Кая? А ты, что думаешь?

Я дергаюсь. В моей голове вновь всплывают картинки произошедшего. Я стараюсь блокировать поток воспоминаний, но ничего не выходит. Моя рука начинает дрожать, и Дилан чувствует это, переплетая наши пальцы.

– Кая, - повторяет зов Рональд. Я поднимаю голову на него. Мужчина улыбается: