— Я слышал ваш разговор, шериф, — сказал он.

— Это хорошо, — Санчес прикурил сигару.

— Хотите знать, что я об этом думаю?

— Я и без тебя знаю, о чём ты думаешь, — усмехнулся шериф. — Ты уже выражал сомнения по поводу Луиса и Кортеса. Теперь хочешь сделать то же по поводу этого гвардейца.

— Луис и Кортес ещё молокососы, шериф, — поморщился Диего. — Возьмите лучше парочку полицейских. Мы переоденемся, и никто не догадается. К тому же наш предыдущий рейд закончился, можно сказать, удачно. Да и кто будет обращать на нас внимания в этой забытой богом дыре? Или, если не полицейских, то кого-нибудь из охотников. Пара старичков будут гораздо полезнее необузданных, необстрелянных и недисциплинированных парней. И ещё этот… сеньор, — Диего кивнул на выход. — С ним обязательно будут проблемы.

Санчес, прежде, чем что-то сказать, сделал пару глубоких затяжек.

— Знаешь, Диего, чем хорошо моё положение? Я шериф, а ты — простой полицейский. И я могу не объяснять тебе свои действия и решения.

— Это-то, конечно, так, — понурился Диего.

— Однако тебе скажу, потому что между нами должно быть доверие, прежде всего, пока мы будем находиться на той стороне границы. Что же касается Луиса и Кортеса… Ты сам знаешь, как хорошо стреляет Луис…

— Многие из нас стреляют хорошо.

— Не перебивай, — Санчес поморщился. — Луис может выбить сто из ста, он отличный снайпер, а нам такой может пригодиться. К тому же он спокойный и рассудительный. Кортес беспокоит меня больше, но и с ним можно справиться. Но, главное, они молодые. Их можно отправить на разведку, к примеру, и они привлекут меньше подозрений, чем, к примеру, мы с тобой.

— Не понял.

— Возможно, нам придётся дойти до Фальерре. Вряд ли бандиты будут прятаться где-то дальше. Вот там они и пригодятся. Улавливаешь?

— А дель Росарио?

— А куда мне было от него деваться? — Санчес развёл руками. — После такого напора. Ладно, заканчиваем дискуссию. На рассвете, мы должны быть в пути.

Диего вздохнул и покинул участок, отправившись домой. Санчес же докурил сигару, и вышел на площадь. Тут его уже поджидал де Мена. Он сидел на лавке у стены и делал вид, что любуется небом, но среагировал сразу, как только рядом появился Санчес.

— Я так и думал, что ты решишься на вторую попытку, Санчес, — сказал он.

— Есть другие предложения? — недовольно откликнулся шериф.

— Других предложений нет. Я просто хотел предупредить на счёт Хоакина.

— Ну-ну.

— Несмотря на серьёзное положение, сеньор дель Росарио решил, что ему полезно будет небольшое приключение.

— Я и не думал, что он будет врать, как маленький мальчик, — фыркнул шериф.

— Тем не менее, тебе придётся его опекать. Он, всё же, дель Росарио. Это всё, что я хотел тебе сказать, Санчес. Доброй ночи.

Глава 19

Подсудимые и невиновные

— Всё закончилось, можете выходить, сеньорита, — сказала хозяйка комнаты, как только закрыла дверь.

Роберта испуганно выглянула из-за кровати, где пряталась всё это время.

— Спасибо вам, сенорита, — сказала она. — Вы спасли мне жизнь.

— Не стоит благодарности, — хозяйка поставила ружьё у изголовья кровати. — Нельзя сказать, что я каждый день занимаюсь этим, но, всё же, это было не трудно. Теперь вы в безопасности.

— В безопасности я буду, когда доберусь домой, — вздохнула Роберта. — Мне нужно добраться до Санта-Пуэрто.

— Санта-Пуэрто? Вы оттуда?

— Почти.

— Далеко же вы забрались, сеньорита.

— Не по своей воле, — и, в течение следующих пяти минут, Роберта рассказала о своих злоключениях.

— Вот как, — понимательно кивнула незнакомка. — Значит, тот человек из Республиканской армии. Жаль, не удалось его пристрелить. Но вы приехали сюда с другим сеньором. Он вам помогает?

— Сейчас — да.

— Тогда вам следует срочно идти в участок к шерифу. Как бы беды не вышло.

— Его арестовали? — испугалась Роберта. — Но за что?

Ответа на вопрос она не ждала, сразу шмыгнула в коридор, а оттуда вниз по лестнице, через зал на улицу.

В зале салуна уже не играла музыка, не выкрикивались здравницы, как несколько минут назад. Да и людей не было, разве что паренёк со шваброй пытался убираться. Он прервал своё занятие и проводил взглядом пронёсшуюся мимо девушку в помятом и грязном, но богатом платье.