***

Темнота давила со всех сторон, а яркий луч, словно прожектор, освещал женскую фигуру, лежащую на сырой земле. Сакура не совсем поняла, что происходит. Приоткрыв глаза, те сразу неприятно заболели от слишком яркого света. Потребовалось время, прежде чем она смогла спокойно смотреть по сторонам, стоя на ногах. Только вот вокруг ничего не видно, одна пустота.

— Где я? — Ее слова раздались эхом, но ответом продолжила быть мертвая тишина, лишь еле заметный облик, шагающий ей навстречу из темноты. Шаги были излишни медленные, а Харуно могла лишь стоять и смотреть, оцепенев, толи от страха, толи от непонимания. Чужая нога показалась на поле света, что резко привело розоволосую в чувство, и она поспешно приняла боевую позицию.

— Сакура… — голос был осипшим и почти неузнаваемым.

— Саске? — девушка немного расслабилась, а на свет вышел брюнет, покрытый глубокими ранами по всему телу, из некоторых же до сих пор торчало оружие. Кровь и грязь полностью смешались, а шиноби еле стоял на ногах, шатаясь из стороны в сторону.

— Сакура… — его взгляд сильно помутнел.

— Что с тобой? — девушка сделала неуверенный шаг на встречу, а изумрудные глаза наполнились страхом.

— Сакура… — также продолжал повторять Учиха. Еще один шаг и он валиться с ног, а куноичи сразу подскочила, присаживаясь рядом с шиноби. Она аккуратно положила голову Саске к себе на колени и начала пытаться активировать чакру, но ничего не получалось.

— Саске, чакру, — она совершила еще одну неудачную попытку, сжав зубы и нахмурив лоб — Активируй мою чакру.

— Сакура… — брюнет повторял одно и то же, будто бы в бреду, не в силах говорить большего, лишь ее имя.

— Приди в себя! — куноичи не сдержалась и повысила тон, стараясь хоть как-то привести Учиху в чувства. Тело окутала дрожь, руки совсем не слушались, а розоволосая старалась держать свою истерику внутри.

— Прости…- это прозвучало так искренне, что Сакура застыла на месте, всматриваясь в погасшие глаза парня, заметя, как его тело обмякло.

— Саске, — прошептала Харуно — Нет, нет, нет, — испуг накрыл с новой силой, а дрожащие руки потянулись к шее Учихи, стараясь нащупать пульс. Но ничего. Даже маленького, еле заметного удара. Тишина. Изумрудные глаза округлились, а слезы сами вырвались наружу. Еще одна смерть в ее жизни. Но разве она не хотела этого? Раве Саске не получил по заслугам? Конечно нет, она никогда не хотела такого исхода, не смотря на всю ненависть и презрения, которые сейчас окончательно растворились — Не умирай. — Срывается с губ девушки, а ее шепот полностью пропитан мольбой.

Сакура не понимает, как она оказалась в своей комнате, прижавшись к груди Суйгетцу, чувствуя, как мужская рука гладит ее по макушке.

— Всего лишь сон, — она тяжело выдохнула, вытирая со щек влажные дорожки — Что ты тут делаешь? — Харуно отстранилась от шиноби.

— Я проходил мимо и услышал, как ты кричишь, — парень задумчиво оглядел розоволосую — Ты звала Саске. Не хочешь обсудить это? — Хозуки заметил легкий румянец на лице куноичи, что вызвало у него улыбку.

— Может, потом это обсудим? — девушка отодвинулась в сторону — Побудешь со мной? — Сначала глаза Суйгетцу удивлено расширились, но почти сразу это заменилось на снисходительную улыбку.

— Конечно. — Он прилег рядом, а розоволосая макушка опустилась ему на грудь.

Чувствуя тепло и защиту рядом, Сакуре заметно стало спокойнее. Только навязчивые мысли не хотели покидать ее голову, путая все больше и больше. Куноичи начинало казаться, что она просто сходит с ума, находясь во всей этой обстановки. С чего тогда быть этим снам и этим переживаниям в сторону Саске. Слишком много мыслей о нем в последнее время, а может она просто отвыкла думать о нем. Возможно пора отправляться в деревню, так как Учиха не вернется. Суйгетцу может пойти своей дорогой или отправиться с ней, хотя навряд ли, он будет ждать. Не смотря не на что, он предан Саске, по каким причинам Сакура сама не знала, а Хозуки не рассказывал, поэтому оставалось лишь гадать.

***

Проходит еще несколько дней, но ничего особо не меняется. Учиха до сих пор молчит, а Сакура решает для себя, что еще несколько дней и она уйдет, смирившись с его смертью. В основном девушку тревожили сны, кошмары, которые продолжали ей сниться, мешая нормально спать. Суйгетцу периодически оставался с ней, обнимая и оберегая куноичи, в такие моменты она могла хотя бы немного выспаться. Но отдельное спасибо Харуно хотела сказать за то, что Хозуки просто не лез с расспросами, ибо она сама не могла ответить, почему она переживает и почему она зовет Саске каждую ночь, захлебываясь в своих же слезах.

***

— Сакура, — снова его окровавленное тело перед глазами — Прости. — Ониксовые глаза тухнут, как и в другие разы.

— Саске, пожалуйста, хватит. — Шептала девушка, перебирая черные пряди волос, а слезы омывали обнаженную грудь Учихи. Истерика, как и обычно, начала поглощать куноичи, заставляя ту, словно в бреду, звать погибшего, надеясь, что это поможет. Но нет. Он все так же лежит со стеклянными глазами, смотря куда-то вдаль, а она тихо плачет, опустив голову вниз.

— Сакура, — бархатный голос послышался неоткуда, а розоволосая резко подняла голову, думая обнаружить кого-то рядом — Сакура. — Теперь она чувствует мягкую постель и чьи-то пальцы на своем лицо. Изумрудные глаза резко открываются, обнаружив себя в своей комнате, и погибший шиноби уже не истекает кровью, а просто сидит рядом с легкой улыбкой на губах.