Он как раз застал момент, когда она пыталась нащупать пульс на шее Эмера.

Жив.

Облегчение. Она тут же почувствовала его, но голос мальчишки заставил ее вздрогнуть. Обернувшись, она увидела его стоявшего в палатке. Он глядел на тело, а потом на нее, а потом снова на тело.

– Он не умер. Просто без сознания, - произнесла она тихим голосом, словно боясь спугнуть его.

– Он убьет меня, если я не приведу его к нему. Он не любит когда ослушиваются его приказам.

– Бежим со мной. Мы убежим далеко-далеко, где нас никто не сможет найти. Я позабочусь о тебе. Нужно только кое-что взять, — на этих словах она приблизилась к одежде Эмера, которая лежала в нескольких шагах от него.- У него должно быть оружие. Хоть что-нибудь что может нас защитить.

Она полностью погрузилась в поиски, запустив руки в ткань его рубашки и камзола, что совершенно не следила за мальчиком. Зря она надеялась убежать с ним. Он никогда не сможет сбежать, потому что знает, что он найдет и отомстит. И месть его будет хуже смерти.

Подкравшись сзади, он ударил ее по голове тем же щитом, который спас ее несколько минут ранее.

– Браво, Рикки. Я восхищен тобой. Такой подвиг действительно заслуживает особой благодарности, — при этих словах его лицо озарила легкая улыбка.

========== 4 ==========

Меня убили?

Если да, то где же свет, на который я должна идти? Может нет никакого света, а только тьма, которая медленно, но с полнейшей грацией уверенности подступает к тебе. Такая темная, густая, черная, невыносимо угнетающая. Она обступает тебя со всех сторон, и ты хочешь найти выход, но его нет.

Просто нет.

Ты либо будешь блуждать в этой тьме полный смиренности и покорности либо… либо вырвешься из этого обреченного на страдания круга. Круга, где нет ничего кроме тебя. А ты сам иногда бываешь хуже смерти и всей боли, которую только можно вообразить. Ты сидишь в этой темноте и начинаешь думать. Думать о своей жизни, о мечтах ,которые сбылись, а которым не суждено сбыться никогда, думаешь о том, когда же ты допустил ошибку, за которую нужно расплатиться любой ценой. Думаешь о том, когда же наконец он придет.

Придет, и в тебе сразу же проснуться силы . Силы для новой борьбы с любой мелочью, ведь проблемы именно с них и начинаются. А ты все ждешь и ждешь, когда же он придет, чтобы просто в твоей жизни немного вспыхнуло движение, какая-нибудь радость или чувство. Ты ждешь этого момента с большим нетерпением, до дрожи в теле, больно закусывая нижнюю губу.

Закусывая, чтобы почувствовать хоть что-нибудь, любой намек на то, что еще человек, а не призрак. Намек на то, что ты можешь выбраться из этой тьмы. На то, что тебя могут спасти, и ты ,ощутив эту чертову свободу, начнешь все сначала. Но теперь все будет по-другому. Ты не совершишь больше ошибок прошлого, даже если они неустанно будут следовать за тобой по пятам. Ты надеешься на то, что в этот раз ты избежишь их.

Но… ты снова совершаешь их одну за другой.

А свет… он уже устал освещать твою жизнь. Он устал приходить к тебе в моменты отчаяния, чтобы спасти тебя, чтобы показать тебе что еще есть шанс. Нужно только воспользоваться им, и не дать сомнениям похоронить твою душу в твоем же теле. Свет устал поддерживать ту искру, которая не дает твоей душе превратиться в прах, который при малейшем дуновении ветра развеется над пропастью удушья.

Удушья, которое поглощает тебя, словно тряпка, впитывающая воду, и самое ужасное то, что оно всегда голодное. Ему всегда мало. Оно хочет тебя всего, хочет забрать всю твою надежду, чтобы показать какой же ты никчемный, несостоявшийся человек.

Человек без воли и цели, без принципов и действия. Человек без желания жить.

Свет, свет, свет… я так жду тебя . Я хочу, чтобы ты спас меня, но нет от удушья. Я хочу ,чтобы ты рассеял эту тьму. Я так устала от нее. Я хочу увидеть рассвет . Почувствовать на себе лучи солнца, даже если они не смогут пробиться через эти стены. Я хочу, чтобы ты спас меня от того, что кроется в ночи, от того как она подбирается ко мне. Я чувствую, как она протягивает ко мне свои черные руки в черном одеянии, чтобы затмить все светлое. Неужели здесь никогда не наступит день?

Лианна все думала и думала о том, когда же наконец самый ничтожный луч света проникнет к ней в камеру и рассеет эту черную стену, сотканную их паутины черного атласа.

Она не он.

Ей не нравится тьма. В ней она чувствовала себя уязвимой. Она начинала бояться, а в голову ей лезли всякие мысли о чудовищах, которые скрываются под одеялом ночи.

Он не она.

Ему нравилась ночь, потому что она прятала его . Прятала его чудовище, которое жаждет похоти и жестокости. И ночью не надо скрываться, ты волен делать все что захочешь. И никто не смеет тебя упрекнуть в этом, ведь во тьме не существует правил. Она не терпит никаких границ, которые смогли бы тебя удержать.

Она не он.

Она не может наслаждать этой тягучей смесью страха. Не может увидеть в ее паутине бархат черноты, лишь страх. Она боялась себя в ночи? Боялась того, что не сможет удержать своих демонов, которые разрывают ее на части каждый раз, когда она не видит свет? Или боялась того, что не сможет справиться с демонами ночи, с ее монстрами? Монстрами, которые жаждут сломить ее.

Так много вопросов и не одного ответа. Ей сложно ответить почему ночь наводила на нее ужас. Она сидела на каменном полу возле решетчатых дверей. Она каждую ночь проводила у дверей, чтобы хоть как-нибудь уловить свет от факелов, расставленных в коридоре подземелья.