Та звериная похоть, которая живет в нем, жаждет удовлетворения. Его необузданная пылкость не знает подчинения. Сегодня он не будет сдерживать себя.

Сегодня он будет тем, кто берет и ничего не отдает взамен.

Разве что боль.

Раздавать ее лишь одно удовольствие для него. Вшивое , но прекрасное.

Она старалась не смотреть на его пах, но отвернуться ей мешала его рука, крепко намотавшая ее волосы в кулак.

Он не сможет заставить ее.

Никто не заставит меня открыть рот, чтобы отсосать ему.

Как же наивно было полагать подобное с ее стороны. Думать, что он проявит хоть каплю жалости к ней и не позволит этому случится.

Это было так омерзительно. Так низко.

Это было так неожиданно, что она даже не поняла, как позволила этому случится.

Лианна даже не поняла, когда же она все-таки успела открыть свой рот.

Не поняла, когда он успел засунуть ей в рот свой член. Это все из-за его руки. Он потянул ее за волосы, заставляя вскрикнуть от боли. Тогда-то он и воспользовался моментом.

Мужчины особо хитры и быстры в таких ситуациях.

Особенно профессионалы.

А все и-за того, что она слабая. Не смогла противостоять ему. Не смогла переубедить его.

Может ей нужно было больше времени? Будь его чуть-больше, удалось бы ей поменять его решение?

Быстрее бы это закончилось.

Ощущать его у себя во рту … к этому стоит привыкнуть.

Привыкнуть к тому, что он может это сделать и не один раз.

Она ощущала его своим языком, а он сходил с ума от этого.

Он не смог удержаться.

Медленно вышел, но не до самого конца, чтобы затем с новой силой повторить свое действие.

Первые толчки были плавные, но стоило ей неосознанно провести языком по его плоти, как его сорвало. Темп его толчков стал быстро нарастать. Она уже начинала задыхаться от его ощущения у себя в глотке.

Он, черт возьми, засовывал ей по самую глотку!

Она пыталась одной рукой ослабить хватку его пальцев у себя на затылке, а другой оттолкнуть его. Ничего не получалось. Лучше не становилось. Лишь его движения становились все сильней и сильней. Она буквально захлебывалась и давилась, пока он испытывал настоящее удовольствие от всего этого. Невозможно описать.

Хотя все, что имеет хоть малейшее отношение к ней невозможно описать простыми словами. Здесь нужен особый язык.

Вдоль его спины сбегали маленькие бусины пота. Пальцы нервно сжимались, причиняя ей легкую боль. Закинув голову назад, он просто ловил оргазм от того, что это она.

Она! А не гребанная шлюха из дешевого трактира.

Он уже чувствовал, что еще пару секунд и получит то блаженство, которое ему так хотелось.

Кончить ей в рот в ее первый раз было крайне низко, хотя все что он сделал сегодня, можно смело принимать за низкий поступок, ему все-таки удалось взять себя в руки.

Как только он убрал свою руку, она тут же начала нервно глотать ртом воздух, уже лежа на полу. Чтобы встать, ей не хватило бы сил. Он смотрел на нее сверху вниз, уже завязывая тесемки штанов, и видел, как она вся морщится. Пытается привыкнуть к оставленным ощущениям.

Пытается осознать то, что сейчас произошло.

Но ему плевать на это. Он получил свое и это самое главное.

А как же ее презрительный взгляд, который она бросает на него?

К черту.

Он разберется с этим позже. Точно не сейчас.

Осмотрев ее еще раз, он заметил на полу нож. Будет лучше, если он заберет его. После случившегося, не стоит оставлять ее в одной комнате с холодным оружием. Подняв его с пола, Рамси направился к выходу. Он действительно ушел. Ушел и закрыл за собой дверь, но уже не на ключ. На побег ей точно сил не хватит. Он видел это по ее глазам.

Таким уставшим и таким чарующим.

В комнате было так тихо. Было слышно лишь тихое потрескивание поленьев в камине и медленное плавление воска. Это горели свечи, оставленные Вэин, когда та приносила ей ужин. Но сейчас Лианне было плевать на них. Плевать на то, что они освещали комнату, помогая рассеять ночь.

Сейчас она пыталась осмыслить то, что он только-что сделала с ней.

Это было тошнотворно - вот, как она могла описать это. Это было дико для нее. Совсем не так красиво, как это возникало в его голове.

Это было унизительно и пошло.

Ей хотелось сделать хоть что-нибудь, но не получалось. Стоило ей попытаться встать, как к горлу тут же подкатил комок. Это была не рвота.

Это были слезы.

Она так хотела плакать, но запрещала себе это. Ей стоит быть сильной. Случившегося не изменить, но и отпустить так просто она не могла.