Шрифт:
– А ты хочешь этого?
Это значит покинуть Винтерфелл. Свой дом. Она так долго стремилась вернуться сюда обратно. Ей не хотелось покидать этот замок. Слухи ведь пройдут. Она была уверена, что через неделю в стенах замка поползут совершено новые слухи, а об этом забудут. Нужно лишь немного потерпеть.
– Это из-за слухов? Покинуть винтерфелл нужно из-за того, что все считают, что это сделала я? Это всего лишь глупые слухи. Скоро они будут говорить совсем о другом.
– Из-за слухов.
Конечно же, это не из-за слухов, черт возьми. Твое присутствие будет просто злить отца, поэтому будет проще уехать.
Только не подходи ко мне. Стой там, где стояла. Не делай этих шагов мне навстречу. Только попробуй сделать хотя бы еще один гребанный шаг.
Она сделала всего лишь пару шагов. К нему. Сама. Хочет спросить.
Могла бы сделать это и там. Не обязательно было подходить к нему.
Она могла сделать это и там, но … ей так хотелось заглянуть ему в глаза. Чтобы их разделяло всего лишь пару сантиметров. Только на таком расстоянии она способна разглядеть получше то, что твориться у него внутри.
Она просто подошла и смотрела. Всего лишь пару секунд, но этого было достаточно.
Ему тоже было достаточно этих пары секунд, чтобы понять, что она хочет. Хочет не только спросить. Сделать. Она что-то сделает.
– Я поеду с тобой?
Только спросила. Ничего не сделала. Пока что.
– Да.
– Хорошо.
Снова ничего не сделала. Ему хотелось уже побыстрее перенести ту маленькую месть, которую она для него подготовила.
Она ведь подготовила, да?
Подготовила. Репетировала чуть-ли не сотню раз.
Она уже развернулась к нему спиной, чтобы уйти. Ей и нужно было уйти, если бы только не желание врезать ему. Она хотела сделать это с разворота. Ударить прямо нос. Для этого она и подошла к нему так близко. Чтобы прицелиться.
Ей следовало тренироваться лучше, иначе он не перехватил бы ее руку, сжатую в кулак. Не обвил бы ее запястье своими длинными пальцами, не давая вырваться.
В худшем случае она попытается сделать это левой рукой. Это будет немного затруднительно, потому что она правша. Но попытаться все равно стоит.
Стоит глубоко вдохнуть. Сжать пальцы посильнее. Приготовиться. Нанести удар.
Снова перехватил.
Теперь обе ее руки были в его власти.
Он сделал шаг к ней. Она отступила.
Играют с друг другом.
Играли, пока она не врезалась в стол.
– Только попробуй, - цедя слова, сказала она.
Не послушал ее.
Опрокинув ее на стол, он удобно устроился у нее между ног. Она попыталась встать, но он лишь сильнее припечатал ее спиной к столу. Она дернула руками, но он прижал их к дереву по обе стороны от ее головы.
Снова такая беззащитная. Открытая. Не может сопротивляться ему.
– Я убью тебе, если подобное повторится, - слова -яд.
Она явно зла.
– Подобное? О чем ты?
Как ему только удается говорить таким невинным голосом?
Словно ничего не случилось.
Но это случилось. И она прекрасно помнит об этом.
– Тогда в библиотеке. Будь уверен, тебе не поздоровиться. Только попробуй.
– Будем считать тот инцидент исчерпанным.
Он наклонился ближе, так что ее шею обдало его дыханием. Еще ниже, чтобы можно было поцеловать. Сделать влажную дорожку до самого уха и спросить:
– Хочешь повторить?
Он почувствовал, как она вся задрожала. Прямо у него в руках. Прямо под ним.
Чертов искуситель! Ведь знает же, как завести ее.
Нужно сказать нет. И плевать на все эти предварительные ласки. Это обман. Он все равно возьмет ее грубо.
– Не хочу, - на выдохе.
Сложно. Ему так сложно отказаться от нее в этот момент. Но он все равно должен сделать это.
– Собирай свои вещи. Мы уезжаем.
Он все таки сказал это мы. Прямо в ее губы.
А затем ушел.
И стоило двери захлопнуться, как к ней пришло осознание.
Мы.
Звучало так уверенно.
Приходится уезжать. Покидать свой дом уже в который раз. Но она все равно надеется, что когда-нибудь она вернется. Обязательно вернется и пройдется среди этих толстых стен замка.
Ей было здесь так хорошо. Столько воспоминаний. Столько слез. Столько всего радостного хранят каменные кладки Винтерфелла. Куча моментов, связанных с ее семьей. Небольшие ссоры. Она столько раз обижалась.