– Проходите, мы как раз собирались ужинать, - я отошла в сторону, и они все прошли в дом и стали снимать свои дорогие пальто и куртки.

– Где Эмбри? – спросил меня Джейкоб, и я взглянула на часы.

– Он работает пожарным в Порт-Анджелесе, сейчас он на работе, но скоро должен вернуться.

После того, как мы перестали обращаться, Эмбри был одержим идеей продолжать помогать людям и решил стать пожарником. Я любила его за такую преданность и чувство долга. Он, я и Сет были единственными из стаи, кто не запечатлелся, в отличие от младших оборотней. Сет был женат и жил в Ла Пуш со своей женой и тремя детьми.

Каллены, по моей просьбе, ждали в столовой, а я отправилась на кухню, где увидела Сару, жующую свиные рёбрышки, как маленький каннибал. Я нахмурилась и попросила её накрыть на стола, что она начала делать, недовольно бормоча что-то себе под нос.

– Леа, милая, я дома, - со стороны входной двери послышался голос моего мужа, и я позвала его к себе на кухню, чтобы он не увидел наших гостей раньше времени. Он быстро оказался рядом со мной, крепко обнял меня и закружил по кухне, прежде чем поставить на ноги и поцеловать.

– Добро пожаловать домой, - поприветствовала его я, прежде чем отстраниться. – У нас сегодня гости.

Я кивнула в сторону столовой, и Эмбри нерешительно пошёл к двери. Он улыбнулся, увидев тех. Кто там сидел.

– Джейк? Что вы все здесь делаете? – радостно спросил Эмбри, обнимая своего когда-то лучшего друга, и Джейкоб рассмеялся, похлопав его по спине.

– Белла хотела навестить Чарли, - сказал Джейкоб, и Эмбри быстро взглянул на меня, прежде чем ответить.

– Оу… - уже с меньшим энтузиазмом произнёс Эмбри.

Белла была огорчена. Она могла понять, почему я веду себя как стерва и говорю ей, что видеться с отцом – плохая идея, но то, что Эмбри тоже не поддержал эту идею, должно быть, волновало её. Я прошла в гостиную и осторожно разбудила Чарли. Он вдруг подпрыгнул на месте, но улыбнулся с облегчением, когда увидел меня. Его здоровье быстро ухудшалось. Он был слишком слаб, чтобы ходить самостоятельно, поэтому мы купили ему кресло-коляску.

– Ужин готов, - с улыбкой сказала я, и Чарли с нежностью похлопал меня по руке.

– Ты лучшая дочь, о которой только может просить отец, - проговорил он, и я едва сдержала самодовольную улыбку, понимая, что Белла должна была услышать его слова. Но то, что причиняло боль ему, причиняло боль и мне.

– Чарли, кое-кто пришёл тебя навестить, - сказала я и покатила его кресло в столовую, где ждали Каллены, и Белла тут же выскочила вперёд.

– Кто это? – прищурившись спросил Чарли, не узнавая свою неуклюжую, неловкую дочь в этом образце идеала. Я заметила, что его руки начали трястись, и положила руки на его плечи, чтобы поддержать его.

– Пап, это я, Белла, - она присела на корточки перед ним. Чарли продолжал смотреть на неё пустым взглядом.

– Моя Белла умерла во время своего медового месяца.

– Папа, - начала Белла, но Чарли прервал её снова. Его голос стал громче, и в нём слышалась паника.

– Моя Белла умерла во время своего медового месяца!

– Чарли, - Эмбри отодвинул Беллу в сторону, чтобы помочь мне успокоить Чарли, но тот расплакался.

– Моя Белла… моя Белла умерла… во время своего медового месяца, - Чарли стал закрывать лицо руками. На лице Беллы было выражение замешательства и боли от того, что она сделала со своим отцом. Она должна была чувствовать себя виноватой. С кухни прибежала Сара и обняла Чарли за шею.

– Всё хорошо, дедушка Чарли, - прошептала она, поцеловав его в щёку.

– Я думаю, вам лучше уйти, - сказал Эмбри, повернувшись к Калленам, и Эдвард потянул Беллу в сторону входной двери. Мы с Эмбри направились за ними.

– Я вернусь завтра, может, ему станет лучше, - с надеждой произнесла Белла, в то время как Эдвард схватил её пальто, и я скрестила руки на груди.

– Не стоит.

– Мамочка, они странно пахнут, - заявила Сара, которая уже стояла за мной, сморщив нос от отвращения.

Я почувствовала, как моё сердце будто остановилось. О нет. Нет. Я не могла позволить этому случиться с ней. Каллены уже разрушили мою жизнь, когда приехали в этот город и заставили меня обратиться в огромного волка. Я не могла допустить, чтобы то же самое произошло с моей дочерью. Я взглянула на Эмбри, и он сжал зубы. Я знала, что он чувствует то же самое. Мы готовы были на всё, чтобы защитить своих детей.

– Пожалуйста, уходите и больше никогда не возвращайтесь, - тихо сказала я, практически умоляющим тоном, и в глазах Беллы промелькнула злость.