– Сславной, Алссек Ссонкойок, - усмехнулся Хифинхелф. – Держиссь.

Когти кумана вновь застучали по мостовой, заглушив шелест опускающихся оконных завес. Город глазел на путников, и жёлтый ящер недовольно шипел, заметив очередной любопытный взгляд.

– Говорят, что Ти-Нау сспят по ночам, - сердито прошептал он. – Алссек, ессть ли в твоём городе время, когда можно осстатьсся незамеченным?!

Ти-Нау негромко хихикнул.

– Ничего страшного, Хифинхелф. Мы едем не убивать и не грабить – от кого ты скрываешься?

– Ссожги меня Кеосс, - еле слышно пробормотал жёлтый ящер. – Мне сстрашшитьсся нечего, Ссонкойок. Но что сскажет вашш верховный жрец о нашших вылазках? Надеешшьсся вовремя ссбежать?

Ти-Нау пожал плечами и поправил съехавшую набок шляпу. Вода с её полей потекла за шиворот Хифинхелфу, и Алсек отклонился назад и встряхнулся.

– Почтеннейший Гвайясамин Хурин Кеснек очень мудр и проницателен, - бесстрастным голосом проговорил он. – Он знает, в чём для нашего города благо, а в чём – угроза. Напрасно ты тревожишься, Хифинхелф. Ничего не случится.

– Хссс! – ящер дёрнул поводья, разворачивая кумана к повороту, мимо которого он сгоряча проскочил. – Как знаешшь, Алссек. Как знаешшь.

Они проскочили в узкие ворота, едва пригнув головы – места там было довольно и для кумана, и для его седоков. Никто не остановил их, и чешуйчатые копейщики не выглянули с лестницы, и сонный Маг Солнца, растянувшийся на циновках у смотрового проёма, не открыл глаз, только пробормотал что-то о ливнях, мраке и проклятии богов.

– Хорошшая у васс сстража, - качнул головой Хифинхелф, подгоняя кумана. Мутный поток, закручиваясь водоворотами, всё так же бежал по каменному руслу, когда-то бывшему дорогой, и брызги летели во все стороны от ящера, бегущего по щиколотку в воде. Ослепительная ветвистая молния раскинулась на полнеба, и за расцветающими дюнами выступили из мглы очертания далёких холмов – череды длинных, волнистых и одного большого, округлого, клубком свернувшегося в песках.

– Я просил их оставить для тебя проход, - пожал плечами Алсек, с любопытством разглядывая утонувшие поля. – Зген всесильный, вот это потоп…

Две молнии разом ударили в дюны, и земля качнулась от раскатистого грома. Куман гневно взревел, запрокинув голову, и едва не захлебнулся дождём.

– Сспит вашш Зген, - ухмыльнулся жёлтый ящер, из-под накидки покосившись на небо. – Великий Змей Небессных Вод ссегодня резвитсся в облаках. Хссс!

Куман свернул с дороги и побрёл по невидимой тропке, утопая в жидкой грязи. Мимо проплывали обрывки травы и мелкие розовые лепестки, смытые ливнем с дюн.

Алсек посмотрел на небо и нахмурился. Сейчас в его глазах не осталось и следа дремоты.

– Хифинхелф, я же просил не рассуждать о богах, - сердито прошептал он. – Великий Змей сегодня не в духе, и сильно. Забирай правее, слева глубокое русло!

Ящер выбрался на дюну, едва не выдрав с корнем куст тамариска, схватил на бегу пару цветущих веток и помчался дальше. На мокрые пески, казалось, накинули зелёную сеть с запутавшимися в ней белыми, розовыми и лиловыми звёздами, - дюны Пустыни Ха, не дожидаясь окончания ливней, спешили расцвести, пока небесный огонь не опалил их. Куман принюхивался к сладковатому пустынному ветру. К аромату цветов примешивался резкий запах оплавленного молнией камня. Чёрная брешь зияла на склоне округлого холма, и дым ещё клубился над ней.

– Боги! – Алсек поцокал языком и перехватил у Хифинхелфа поводья. – Посмотри, что внизу, я скоро!

Привязав кумана к низкорослому тамариску, он нагнал жёлтого ящера уже у пролома. Иприлор склонился над дымящейся дырой, направив вниз луч фонаря. Яркий красноватый кристалл-церит высветил брешь в толстой каменной стене округлой башни. Внизу плескалась мутная вода, и что-то желтело во мраке, разбросанное по всему полу. Алсек резко выдохнул и извлёк из-под накидки моток верёвки.

– Низковато, - покачал головой Хифинхелф, засовывая руку в пролом. Почерневший край стены почти уже остыл, вода ручьями сбегала по нему в недра древней башни.

– Я спущусь, Хиф, - тронул его за руку Алсек. – Дай мешок.

– Посстой, - иприлор опустил фонарь пониже, едва не по пояс свисая над провалом. – Ссвет нехорошший.

В тёмной клокочущей воде что-то светилось, и не отражённым светом - холодные зелёные искры кружились там вместе с чёрной мутью, и вода время от времени вскипала.

– Квайя, - Хифинхелф на мгновение высунул тонкий язык, ощупывая воздух, и поморщился. – Кто-то там ессть. Алссек, ты сс оружием?

Он потянулся к поясу. Ти-Нау покачал головой, показывая рукоять недлинной, но увесистой булавы, окованной бронзой.

– Твой подарок, - усмехнулся он. – Я спускаюсь. Как дам знак – тяни.

– Оссторожно там, - иприлор протянул ему свёрнутый трявяной куль и сел у пролома, найдя опору для ступней. Верёвка в его лапах задрожала и натянулась, а потом ослабла – Алсек с плеском ушёл в воду.

– Шшто там? – ящер заглянул в дыру.

– Почти по колено, и быстро прибывает, - откликнулся Ти-Нау, шаря в мутной воде. – Нашёл!

Стены, пропахшие смертью и отчаянием, обступали его со всех сторон – только в дыру над головой сочился белый свет. Фонарик Алсека висел на груди и болтался из стороны в сторону, высвечивая пузыри на тёмной воде, грубо отёсанные камни – и жёлтые кости, сваленные у стен.