Только умственная дефективность является, на мой взгляд, достаточно определенным критерием для вынесения судебного решения о принудительной стерилизации. О ее признаках можно судить на основании объективных данных, которые невозможно оспорить. Но решение о том, что то или иное лицо является нравственным дегенератом, уже можно оспорить, потому что одно и то же лицо может рассматриваться какой-либо группой лиц как нравственный дегенерат, тогда как другой – как пророк. Возможно, в будущем закон сможет принимать решение и по этим вопросам, но только при том условии, что будет опираться на научные исследования, а не на моральные инвективы, выдаваемые за последнее слово науки, как это, несомненно, происходит в некоторых штатах Америки.

Теперь я перейду к рассмотрению вопросов, изучаемых позитивной евгеникой. Здесь имеются гораздо более интересные возможности, хотя их реализация принадлежит будущему. Основная проблема, которой занимается позитивная евгеника, заключается в подборе для последующего брака партнеров, которые могли бы произвести на свет потомство – желательно многочисленное, – удовлетворяющее требованиям евгеники. В настоящее время все происходит как раз наоборот. Возьмем, к примеру, какого-нибудь очень умного мальчика, поступившего в начальную школу; лишь получив специальность и имея в конце концов возможность обеспечить семью, он женится в возрасте 30–35 лет. А вот его одноклассник примерно того же социального происхождения и не очень чтобы умный женится не позднее 25 лет. Для представителей среднего класса затраты на получение образования являются тяжелым бременем и вследствие этого не позволяют им обзаводиться большой семьей. Вероятно, они в среднем более интеллектуально развиты, чем представители других классов, и поэтому указанное выше ограничение достойно лишь сожаления. Поэтому простейшим решением этой проблемы было бы предоставление бесплатного образования – включая и университетское – детям из семей, принадлежащих к среднему классу. Короче говоря, благодаря заслугам родителей был бы облегчен путь в науку для их детей. Это позволило бы самым умным молодым людям избежать напряжения и непосильной работы, которая наносит непоправимый вред их интеллекту и физическому здоровью в то самое время, когда они еще не достигли своего совершеннолетия. Но вряд ли возможно, чтобы государство в Англии или в Америке позаботилось о том, чтобы семьи высококвалифицированных специалистов были большими – ведь это противоречит принципам демократии.

Евгеника как наука основана на предположении, что между людьми нет равенства; в то время как основной принцип демократии заключается в том, что все люди равны. Получается, что евгеника с ее идеями и методами в общественно-политическом смысле неприемлема для демократического сообщества, поскольку она не только доказывает, что существует незначительное число таких людей, как идиоты и слабоумные, но также и то, что существует незначительное число таких людей, которые превосходят по своим умственным способностям остальных. Первый вывод льстит мнению большинства; однако второй вызывает негодование. Можно ожидать, что меры, предпринятые для реализации первой рекомендации евгеники, получат поддержку большинства; тогда как второй вывод никогда не найдет практического воплощения.

Хотя в настоящее время затруднительно определить, кто принадлежит к самой лучшей породе, тем не менее каждый, кто задумается над проблемой, несомненно, согласится, что различия между людьми действительно существуют и что наука когда-нибудь, быть может, даст критерии такого различия. Давайте только представим себе, чтобы сказал фермер тому, кто убеждал бы его дать всем его быкам равные возможности? Как известно, бык-производитель выбирается очень тщательно, с обязательным учетом того, какие надои молока были у коров, принадлежащих к его родословной. Мимоходом заметим, что представители этого биологического вида не знакомы ни с наукой, ни с искусством вообще, ни с военным искусством в частности, что выдающиеся особенности принадлежат только коровам и быки нужны лишь для передачи по наследству этих особенностей.

Породы всех видов домашних животных были выведены опытным путем, который приобрел со временем научную форму. Вне всякого сомнения, эта наука может быть применена и к человеческим существам с целью получения желаемых результатов. Разумеется, надо прежде всего решить трудный вопрос: что мы в этом случае хотим получить. Если мы хотим вывести породу людей, наделенных большой физической силой, то очевидно их умственные способности будут довольно низкими. Если, наоборот, получить породу с высокими умственными способностями, то они могут оказаться физически слабыми и подверженными различным заболеваниям. Если попытаться получить породу людей эмоционально уравновешенных, то мы рискуем навсегда расстаться с искусством. Кроме того, на все возникающие здесь трудные вопросы мы не можем получить ответ, потому что в настоящее время позитивная евгеника еще не существует как наука. Возможно, в течение ближайших ста лет теория наследственности и биохимия добьются таких больших успехов, что появится новая раса людей, превосходящая ныне существующую.

Но если бы такая наука все-таки появилась, то семья пережила бы такую катастрофу, которую невозможно себе представить. Для того чтобы строго научно заняться выведением новой породы людей, потребовалось бы отобрать в каждом поколении два или три процента лиц мужского пола и примерно двадцать пять процентов лиц женского пола, предназначенных для производства потомства. Предварительно по достижении возраста половой зрелости проводилось бы исследование, по результатам которого все кандидаты, не удовлетворяющие поставленным требованиям, подвергались бы стерилизации. В этом случае отец ребенка имея бы с ним такую же связь, как бык или жеребец, а мать стала бы своего рода специалисткой и профессионалом, не имеющей ничего общего с другими женщинами в смысле своего образа жизни.

Хочу предупредить заранее, я не ожидаю, что нечто подобное когда-либо появится в будущем; более того, эта утопия настолько мне отвратительна, что я против того, чтобы она осуществилась. И все-таки если посмотреть на все это объективно, то ее реализация могла бы дать замечательные результаты. Для примера предположим, что осуществление этой утопии произошло в Японии и после селективного отбора в трех поколениях получена порода, в которой мужские особи умны, как Эдисон, и наделены такой же физической силой, как чемпион по боксу. Если тем временем в остальных странах все будет идти обычным порядком, то в случае военного конфликта с Японией они потерпят поражение. Возможно, японцы не станут рисковать такими людьми и будут вести войну с помощью наемников из других стран, а селекционированных людей будут использовать для создания новой военной техники, которая обеспечит им безусловную победу. Разумеется, слепая преданность и даже обожествление государства должны прививаться в такой системе с раннего детства. Может ли кто-либо сказать, что подобное развитие событий вообще невозможно в будущем?

Среди определенного круга политиков и публицистов очень популярна евгеника, которую следует назвать расовой. Для нее характерно убеждение, что одна из рас или один из народов (разумеется, именно к ним принадлежит политик или публицист) во всех отношениях превосходит все другие и имеет право применить военную силу, чтобы численность этой расы или народа увеличивалась за счет низших рас и народов, обязанных подчиняться высшей расе. Наилучшим примером такого рода является пропаганда нордической расы в Соединенных Штатах, где ее положения стали статьями закона об иммиграции. Между прочим, защитники расовой евгеники любят ссылаться на дарвинский принцип – выживает сильнейший; странно только, что те же самые люди требует запретить преподавание основ дарвинизма в школах и колледжах. Печально, что политическая пропаганда взяла на вооружение расовую евгенику, но мы на время забудем об этом и попытаемся рассмотреть данный вопрос объективно.