– Собери хотя бы что-нибудь для костра! – крикнул мне Дима.

– Надо бы, надо бы,- беззаботно проговорила я. – Как же мы без костра? На нём, между прочим, отлично будет жарить зефир, Макс. А ты ещё говорил, что это бесполезная покупка.

Макс начинал злиться. Он стал ворчать, как старый дед:

– Бестолковая девка! Из тебя выйдет ужасная жена. И вообще никто на тебе не женится.

– Это я не за кого не пойду! – весело крикнула ему я, удерживая равновесие на бревне, по которому я ходила.

Как сами понимаете, пользы от меня было не много. Единственное, что я сделала полезного – это сорвала три веточки, чтобы жарить на них зефир.

Когда небо уже потемнело, мы сидели у потрескивающего костра. Дима пытался нас напугать и ужасно смешно обижался от того, что мы смеёмся и нам не страшно. На веточках, которые мы держали над костром, темнел зефир. Дима быстро съел свою часть и теперь искал в рюкзаке, что можно было бы съесть ещё.

– Только не трогай, ради бога, печенье,- говорил ему Макс. – Из-за кого-то это будет главное блюдо завтрашнего дня.

– Но ведь оно вкусное! – возразила я на его недовольный тон.

– А я и не говорю, что оно невкусное. Но, понимаешь, в наших условиях важнее, чтобы оно было сытным.

– Ты хочешь мясо,- понимающе кивнула я. – Хищный и опасный зверь. Возможно ночью, он нас с тобой зарежет,- подмигнула я Диме.

А потом я, с секунду помедлив, отдала ему половину, оставшихся у меня, зефирок.

– Это мне? – обрадовался он.

– Да. Я не очень хочу есть, а тебе пришлось сегодня поработать, чтобы у нас были деньги,- улыбнулась я.

– А я будто бы не работал,- сказал в пустоту Макс.

Но я всё-таки услышала.

– Это всё равно не мясо. Но если хочешь…

– Не хочу,- ответил он. – Отвратительный зефир.

О, вы только посмотрите! Этот парень тоже умеет капризничать и обижаться!

– Открой рот! – я протянула к его лицу чуть-чуть подгоревший зефир, который весел на самом кончики моей палки.

Макс только повернулся ко мне боком.

– Ну, перестань,- сказала я.

Он не перестал. Тогда я стал тыкать зефиркой прямо в его щёку. Теперь у него не было выхода.

Кончилось всё тем, что он всё-таки принял из моих рук угощение. И это очень хорошо. Это подтвердило нашу крепкую дружбу. Ведь я делюсь едой только с друзьями.

– Сегодня был хороший день,- сказала я, протянув к костру руки.

– Ну, нет,- возразил мне Дима. – Вчера было чуть веселей.

Макс проницательно, а впрочем, как и всегда, подметил:

– Это потому, что вчера был первый день нашего путешествия.

– Нет, сегодня хороший день выдался! – настаивала я. – В любом случае, для меня.

– Так и говорила бы с самого начала,- тоже протянул к костру руки Макс.

– И почему для тебя был хороший день? – поинтересовался всё ещё жующий зефир Дима.

– Почему? Потому, что, когда я сидела в парке, я поняла, что мы с вами уже не такие, как все те люди.

– У нас появилась вторая селезёнка, и сердце сместилось на правую сторону,- не смог удержаться Макс.

Я не обратила на него никакого внимания.

– Конечно, мы ещё только на полпути, но мы движемся в правильном направлении. Мы отдаляемся от общества и это хорошо. Стать никем тебе поможет общество, но в стремлении стать кем-то, помочь тебе способен лишь ты сам,- говорила я задумчиво. – Знаете, я всегда делила людей на две категории. На тех, кто что-то делает и на тех, кто следит за жизнью тех, кто что-то делает. Ведь так и есть! Это похоже на то, как фанаты следят за жизнями звёзд. Такое происходит во всех сферах общества. Даже в политике. Даже в таком скучном деле! Простые граждане ведь так внимательно наблюдают за политиками!

Я замолчала.

– И зачем ты всё это наговорила? – спросил Дима.

– Зачем? Затем, что мы не будем теми, кто, открыв рот, наблюдает за людьми, которые живут. Мы сами будем жить. Все те люди в парке просто существуют. Потребляют все блага современного мира, а платят своей свободой. Мы не такие.

– Но, тем не менее, именно ты сидела и наблюдала за ними. Не они, а ты,- сказал Макс, широко зевнув. – Я пойду спать.

Не успел он даже встать со своего места, как я метнулась к палатке. Я ещё вчера поняла то, что удобнее всего спать будет тому, кто первый займёт место.

В тесной и тёмной палатке я нащупала свой рюкзак, положила его себе под голову и закрыла глаза.

Макс и Дима попытались забраться, но было слишком тесно.

– Фаер, подвинься,- сказал мне Дима. – Здесь совсем нет места.

– Это не мои проблемы,- сонно ответила ему я.

В итоге они кое-как смогли устроиться. Я и не заметила, как провалилась в сон.

Спать на свежем воздухе с рюкзаком вместо подушки, между прочим, гораздо приятнее, чем на своей собственной кровати. Возможно, у меня сейчас просто возраст такой, что хочется спать где угодно, только не на своей кровати, у себя в комнате. Но спалось мне воистину прекрасно.