— С удовольствием, — наконец принял он решение.

Мы отправились в кухню…

За завтраком разговаривали о политике. Лесника очень интересовал вопрос, связанный с восстанием албанцев в Косово. Проблема мирного урегулирования этого конфликта не давала ему покоя. Он рассуждал о мирном соседстве албанцев и сербов, о возможностях вмешательства Организации Объединенных Наций, о предложениях Соединенных Социалистических Штатов Америки… Американцев Лесник резко критиковал!

Кухонный политик… Ему бы бразды правления в руки — вопрос решился бы мигом, и все были бы счастливы, и «никто не ушел бы обиженным»…

Покончив с завтраком, на который не спустилась Химера, мы вернулись обратно в кабинет. Кубинец погрузился в какие-то бумаги, громко хмыкнув. Я улыбнулся Леснику, ожидая его первого хода.

— Знаете, Туровский, если бы не ваши могущественные покровители, я бы давно прикрыл вашу лавочку! — ужасно смущаясь, заявил Григорий Лесник,

От удивления я раскашлялся. О каких таких покровителях он говорит? Буквально окаменел, от внимания, надеясь, что он прояснит свою мысль.

— Там, где появляетесь вы, остаются одни трупы… Туровский, может, хватит изображать из себя жнеца смерти? Смените имидж.

— Вы там что-то о могущественных покровителях упоминали… — прикинулся я наивной овечкой.

Григорий Лесник демонстративно воздел очи к потолку и шепотом сообщил:

— От Самого пришло письменное распоряжение вас не трогать и во всем вам содействовать…

Ясно. Инспектор имел в виду государя императора, которому я с месяц назад умудрился спасти жизнь.

— … У меня связаны руки. Я не могу ничего сделать! — пожаловался Лесник на свое бедственное положение.

— Вы задержали гостей по указанному адресу? — перебил я его излияния вопросом.

— Да, — неохотно ответил он. — Утром в участке появилась толпа адвокатов из конторы «Соломах и сыновья». Пришлось всех отпустить.

— С какой радости? — возмутился я. — Они вторглись на частную территорию!

— Господа адвокаты заявили, что задержанные нанесли визит даме, которая некоторое время сотрудничала с их боссом.

— А взломанная дверь?

— Никакого взлома не было. Госпожа Ом, хозяйка квартиры, дала, им ключи, — развел руками Григорий.

— Она будет все отрицать! — предупредил я.

— Тогда мы их обязательно задержим и предъявим обвинения, — пообещал инспектор. — Могу я, кстати, переговорить с пострадавшей?

Пришлось идти за девушкой.

Сообщив Софии, что ее дожидается инспектор, я решил, что при их общении могу и не присутствовать. На мне долговым ярмом висели заказы для «Эсхила — ХР» и «Вишневого самурая». Если я не выполню их, то рестораны иссохнут, словно земля под лучами палящего солнца, а клиенты уйдут в поисках других оазисов.

Я спустился в Хмельной подвал, ожидая увидеть там полный развал и разброд. И был приятно поражен: да, замечательно иметь такого ответственного компаньона, как Гонза Кубинец! Пока я занимался расследованием, он поддерживал температурный режим, следил за проращенным зерном, заботился о моей маленькой пивоварне, как о собственном ребенке. К тому же подвал сиял необычайной чистотой.

Я погрузился в работу. Спустя два с половиной часа сваренное под заказ пиво переместилось в плотно закупоренные бочонки. Начисто вымыв использовавшуюся посуду специальным раствором, я выставил ее на просушку.

Конечно, не забыл я и о себе: двадцать литров превосходного темного напитка разлил по специальным бутылкам, которые запечатал и расставил по ящикам в первой зале Хмельного, поближе к выходу, чтобы Ян Табачник не шарил по всей пивоварне в поисках запасов. Довольный сверхмерно, я изрек:

— Господи! Дай людям пиво, и они не оставят тебя без зрелищ!..

Еще раз полюбовавшись содеянным, я отправился звонить в «Вишневый самурай» и «Эсхил — ХР».

В «Самурае» к телефону подошел Карп Епифанов. Предельно сухо сообщил ему, что заказ готов и он может в любое время забрать его. Карп что-то буркнул в ответ, но я быстренько отключился.

В «Эсхиле» трубку поднял управляющий рестораном Илья Жуков-Козлов. Услышав мой голос, он заявил недовольно:

— Туровский, что-то вы давно у нас не были!

Пришлось пообещать на днях заглянуть. Илья пригрозил в честь моего визита накрыть эксклюзивный стол.

Предложение было заманчивым… Я обнаглел и потребовал, чтобы напитки тоже соответствовали статусу эксклюзивных, намекнув ненавязчиво на бельгийский ламбек или английский стаут.

Жуков-Козлов пребывал, видимо, в приподнятом настроении. На мое нахальство он ответил, смеясь, что пожелания клиента будут учтены… Свой заказ административный вождь «Эсхила» хотел забрать тотчас: дескать, закрома пусты, тогда как нивы ждут обильного орошения свежим пивом, дабы дать щедрые всходы… Похоже, в Жукове-Козлове погиб истинный поэт — пал смертью храбрых в жестоких сражениях с клиентурой кабака!