— Хорошо, — сказал реклюзиарх, — что именно ты отыскал Асцениана. Это дает мне возможность побеседовать с тобой перед битвой на темы, которые меня беспокоят.

— Я слушаю, реклюзиарх, — отозвался Дениятос. Обложка книги была ему также хорошо знакома, как и любому из Испивающих Души. Это был «Боевой катехизис», написанный самим Дениятосом. Копии этой книги, переписанные вручную сервами ордена, составляли часть боевого снаряжения многих боевых братьев, офицеры зачитывали отрывки своим отделениям.

— Я изучил твой труд, — продолжил Горозий, — и довольно глубоко. Я увлеченно следил за твоим написанием «Катехизиса» с самого начала. Никогда прежде я не видел, чтобы дух ордена был освещен так красноречиво. Я чувствую, что сейчас наши братья лучше, чем когда-либо понимают путь войны Испивающего Души.

— Такую форму приняло мое служение, — ответил Дениятос. — Для меня большая честь получить такой отзыв от реклюзиарха. Однако предполагаю, что тревожит вас не это.

— В самом деле так. Речь идет о части, капеллан Дениятос, в которой ты рассуждаешь о месте Испивающих Души в галактике в целом.

— Это была крайне утомительная часть при написании, — ответил Дениятос, — но обойти ее стороной было невозможно. Вопросы о роли Испивающих Души в делах человеческой расы столь же важны, как и сам наш путь войны.

— В этом я согласен. Но беспокоит меня то, как представлены остальные граждане Империума, — пояснил Горозий. — Ты описываешь их как стадо коров.

— Я не стремился кого-либо оскорбить, — ответил Дениятос. — На самом деле, это иллюстрирует важную роль жителей Империума. Без них сам Империум бессмыслен. Роль граждан состоит в том, чтобы пастись и перемещаться под руководством лучших из их числа, и тогда их эксплуатация обеспечит существование Империума. В этом состояла цель сравнения.

— В самом этом подходе немного того, с чем я стал бы спорить, — продолжил дискуссию Горозий. — Но меня тревожат сделанные тобой исключения. Среди этих исключений нашли себе место Астартес и наиболее величественные представители человечества. Так и должно быть. Но Верховные лорды Терры, формирующие Сенаторум Империалис, наверняка ведь занимают положение выше, чем обычный человек? Между тем ты не помещаешь их в исключения, а отсюда напрашивается вывод, что они такие же коровы, как и все остальные. Кустодианцы Золотого Трона, правящие от имени самого Императора — они тоже обычное стадо?

Дениятос несколько секунд молчал, за череполиким забралом шел напряженный мыслительный процесс.

— Я не рассматривал подобное толкование.

— Это не значит, что так не было тобой задумано, — ответил Горозий. — Иногда наши цели сокрыты даже от нас самих.

— Мне стоит поразмыслить над этим, — произнес Дениятос. — На самом деле, «Катехизис» не может быть завершен, пока я жив. Это живой документ, как и наш орден.

— Из такого толкования следует еще больше очевидных выводов, — продолжал Горозий. — Если правители человечества — стадо, а стадом надо управлять, что же можно сказать о тех, кем управляют такие правители? Разве не отвечаем мы на призыв лордов Терры, когда объявляют они крестовый поход или приговаривают к уничтожению врагов человечества? Может, мы и не прислушиваемся к каждому слову Адептус Терра, но разве наши цели не совпадают, в общем, с намерениями правителей Империума? Но мы не можем быть стадом, потому что являемся Астартес — пастырями человечества.

— Получается парадокс, — подытожил Дениятос. — Печальный вывод из моей работы. Мне нужно написать дополнение, думаю, включить его в том комментариев к «Катехизису».

— Но это не парадокс, — ответил Горозий, — если делать выводы в нужном направлении. А вывод такой — Испивающие Души не должны подчиняться Терре. Они должны быть неподвластны институтам Империума. И получается, единственный верный путь для Испивающих Души — стать отступниками, если принимать во внимание распределение ролей между Астартес и населением Империума. Ты же не будешь возражать, что такой путь уничтожает парадокс? А учитывая, сколь многие боевые братья увлеклись «Боевым катехизисом», распространение такого толкования, несомненно, приведет к реальному расколу между орденом и Империумом.

— Это сильно меня встревожило, — сказал Дениятос. — И я удалюсь в реклюзиам для пересмотра этих отрывков, как только мы закончим с Асценианом. Что ж, если с этим мы закончили, то я, в свою очередь, хотел бы поделиться тем, что тревожит меня.

— Слушаю, брат-капеллан.

Дениятос окинул взглядом лес, которому было суждено менее чем через час стать полем битвы.

— Сервы ордена проводили разведку в лесу, для обеспечения артиллеристов данными. Они обнаружили специфичный участок, где река раздваивается. Там стоит крепость. Уверен, что именно там засел Асцениан, поскольку в лесу не сыскать лучшего в плане обороны места, — Дениятос указал рукой на едва видимую среди деревьев развилку петлявшей по зарослям реки. — Я предлагаю уделить этому месту особое внимание с самого начала атаки по секторам. Если Асцениан действительно там, то лучше удостовериться в этом как можно раньше, чтобы он не успел подготовиться к отражению нашего штурма.

Горозий какое-то время обдумывал услышанное.

— Это важная информация, капеллан. Что вы планируете предпринять в отношении сил, которые первыми отправятся к этой позиции?

— Ручаюсь, что их возглавит лучший из нас, — ответил Дениятос. — Честь поимки Асцениана должна принадлежать командующему.

— В таком случае я возглавлю атакующий развилку реки отряд, — провозгласил Горозий. — Если Асцениан и правда окажется там, то мое присутствие гарантирует, что боевые братья не дадут ему ускользнуть.