Славя была совершенно другой в этом отношении, более живая и человечная, больше похожая на настоящую девушку, чем любая из тех, что встречал за последние несколько лет, начиная от разукрашенных и разодетых придворных дам до дешевых развратных девиц из портовых кабаков. И рядом с ней чувствовал себя совершенно иначе, чем раньше, словно вспоминая того себя, каким был в молодости, наивным и еще не перемолотым жестокостью его родного мира.

– Почту за честь, – кивнул он в ответ, скрыв свое смущение за несколькими глотками кефира из почти пустого треугольника, – С радостью приму твою компанию.

– Вот и отлично! – обрадовалась Славя, словно можно было ожидать какого-либо еще ответа, кроме положительного, – Там есть несколько замечательных мест, какие тебе обязательно стоит посмотреть… – неожиданно одно из стекол задребезжало, словно по нему чем-то ударили, и их разговор, идущий практически ни о чем, прервался неловкой паузой. Эдвард внимательно вслушивался, задержав даже на середине пути руку с булкой, стараясь уловить хоть еще какие-то звуки, свидетельствующие о причине этого удара по стеклу, но столовая и то, что было видно за окнами, больше ничем не собирались делиться.

– Посиди пока здесь немного, я проверю, – сказал он, откладывая недоеденную булочку и вставая из-за стола. Может быть, здесь и не было столь веской необходимости в подобном поведении, но его отработанные навыки солдата и инстинкты выживания требовали проверить этот странный звук, чтобы не оказаться в проигрышной ситуации, в этот момент, как никогда раньше, проснулось чувство собственного бессилия из-за отсутствия оружия на поясе, столько привычного и столь необходимого ему сейчас. Славя тоже выглядела несколько взволновано, но не столько из-за звука стекла, сколько из-за резко сменившегося на тревожное настроение Эдварда, так быстро отреагировавшего на столь малозначительное, по ее мнению, происшествие.

– Может не стоит? – предложила она, – Скорее всего, веточка какая-нибудь или что-нибудь такое же…- разумное объяснение, и врагов они ждать не могли. В отличие от Эдварда, окончательно не растерявшего свою бдительность и вечное ожидание неприятностей. Приложив палец к губам, чтобы больше ничего не говорила, он осторожно подкрался к двери и чуть приоткрыл ее, проверяя ситуацию снаружи. Вокруг все было тихо, потому осторожно вышел, оглядываясь по сторонам в поисках возможных посторонних или чужаков, заглянувших на огонек, но ответом ему был только шелест листьев в кроне стоявшего рядом дерева. Убедившись, что непосредственной опасности нет, Эдвард осторожно вышел на крыльцо, получая полный обзор окружающей территории, и уже через пару минут разглядел чью-то шевелюру с двумя короткими косичками по бокам, пытавшуюся слиться с окружающими кустами. В принципе, можно было догадаться, но, как говориться, хорошая мысль обычно приходит последней.

Поражаясь такой незатейливости поведения Алисы, Эдвард прикрыл за собой дверь и легко перепрыгнул через перила крыльца, направившись прямо к девушке, наверняка уверенной, что хорошо спряталась, и выглядевшей весьма разочарованно, когда пришел прямо к ее укрытию.

– Твоя самодеятельность? – спросил Эдвард тихим голосом, указывая на окно, убедившись, что на них никто не смотрит, и присаживаясь рядом, чтобы оказаться с ней примерно на одном уровне.

– Моя, только ты сам в этом виноват, – прошипела Алиса, подкрадываясь к нему чуть ближе, – Сам пообещал, а вместо этого сидишь там и шашни крутишь…

– Что делаю? – не совсем понял Эдвард последних слов, уловив только обвинительные нотки в голосе девушки, словно ее чем-то задевало его поведение.

– А то я не вижу, как ты на Славю заглядываешься, – почему-то это продолжало звучать обвинительным тоном, словно сейчас присутствовал на допросе, но Алиса только продолжала сыпать подобными обвинениями, пусть даже и не имевшими ничего общего с реальностью , – Если так уж хотели остаться вдвоем, меня зачем тогда надо было спрашивать…

– Может, хватит уже? – спросил Эдвард несколько резче, чем ожидал сам от себя, не желая больше выслушивать подобной ерунды, – Во-первых, ничего и нигде я со Славей не кручу, и свои выдумки по этому поводу можешь смело выкинуть к чертям в Бездну, а во-вторых, если я что-то обещал, то обязательно это сделаю, не нужно об этом напоминать или прерывать меня, сигналя камешками в окно. Это, по меньшей мере, глупо… – он посмотрел на девушку, одновременно недовольную и смущенную, сидевшую рядом с ним, и едва сдержался от улыбки, настолько простой и наивной сейчас казалась, обиженная тем, что уделил кому-то больше внимания, чем ей самой, – Подожди еще пару минут, я сейчас вернусь… хорошо?

– Хорошо, только давай быстрее, я еще и спать хочу, – кивнула Алиса и почему-то улыбнулась, обнадеженная повторным обещанием Эдварда.

Договорившись на этом, Эдвард вернулся обратно в столовую, где обнаружил Славю, спокойно дожидающуюся его и о чем-то размышлявшую, глядя на недоеденные булочки на тарелке. Услышав шаги, девушка сразу подняла взгляд и радостно улыбнулась, забыв обо всех своих внутренних диалогах.

– Что там было? – спросила Эдварда, поднимаясь со стула и подходя к нему ближе. В этот раз косу трогать не стала, вероятно, постепенно привыкая к такому общению с ним, – Нашел, что искал?

– Ничего серьезного, – соврал в ответ, не желая усугублять ситуацию столкновением Слави с Алисой, у которых, кажется, друг с другом были не настолько дружеские отношения, как могло показаться с первого взгляда в этом пионерлагере, – Наверное, действительно был ветер или веточка, на улице все спокойно.

– Вот и отлично, – Славя несколько посерьезнела, – Мы уже засиделись тут, а тебе еще надо к Ольге Дмитриевне сходить, чтобы она тебе нашла место… И мне тоже уже пора, а то поздно, моя соседка наверняка уже волнуется.