— Жаль, очень жаль, — покачала головой Стеклова и шепнула Кате: — Мистер Стоун говорит, что они найдут его. Но пока он не имеет полной информации.

— Вот телефон, по которому вы сможете узнать последние известия. — Стоун протянул Маше карточку.

— Мы остановились в отеле «Хилтон». — Маша выдержала паузу. При слове «Хилтон» Стоун удивленно вскинул брови. — Если вам что-нибудь станет известно о Леониде Шавуазье, не сочтите за труд позвонить нам в номер.

— Разумеется, я или мои помощники сразу свяжемся с вами. Очень приятно было иметь дело с такими красивыми посетительницами.

— А нам с таким шикарным джентльменом, — ответила Маша.

Катя дернула ее за рукав:

— Что он говорит?

— Да ничего, рассыпается комплиментами.

Стоун, проводив девушек к выходу, учтиво раскланялся.

Девушки возвращались в отель молча. Когда они поднялись в свой номер, Катя бросилась на кровать и долго лежала лицом вниз.

— Переживает, — шепнула Варламовой Маша.

Таня присела на кровать рядом с Катей, положила ей руку на плечо:

— Не стоит так убиваться.

— Стоун сказал, что часть пассажиров спасли канадские корабли, — подхватила Маша.

Катя ничего не говорила, только плечи ее вздрагивали. Она так надеялась увидеть в банке Леонида, но оказалось, что там о нем ничего не слышали.

Остаток дня Катя провела как на иголках. Маша узнавала по всем телефонам, не нашелся ли Леонид Шавуазье.

— В банк можно не звонить, — резонно заметила Стеклова. — Если там что-то выяснят, то сами сообщат.

— Или он позвонит, — с надеждой сказала Катя.

* * *

Леонид из последних сил боролся за жизнь. Иногда его охватывало безудержное желание отдаться в руки судьбы, но он продолжал грести в ту сторону, где должен быть плот.

«Надо сражаться до конца, ты должен спастись», — мысленно подбадривал себя Леонид. Ему почудилось, что прямо перед ним на зеркальной поверхности океана, положив подбородок на руки, лежит Катя и с интересом наблюдает за ним.

— Я сейчас приплыву к тебе, — одними губами прошептал Лео. — Еще немного, надо только потерпеть.

Катя улыбаясь смотрела на него, манила, притягивала.

— Я вырвусь, я должен!

Образ любимой девушки придавал ему дополнительные силы. Леонид был уверен, что выплывет, разорвет оковы вечной темноты.

«Катя, Катя, — хотелось закричать ему. — Только не оставляй меня».

Когда силы окончательно покинули Шавуазье, неожиданно яркий сноп света ослепил его. Ему что-то кричали люди с плота, размахивали руками. Но он ничего этого не видел. Леонид потерял сознание.

В редакции Френсиса мгновенно окружили коллеги, затем, подхватив на руки, понесли в его кабинет.

— Спасибо, друзья, — совсем расчувствовался Френсис. — Вы меня встречаете как героя, а не как неудачника, чудом избежавшего гибели в холодных водах Атлантики. Это был кошмар, — признался он, — который не дай Бог пережить никому из здесь присутствующих.

После импровизированной пресс-конференции ему наконец удалось пробраться на свое рабочее место. Здесь его поджидала Джейми Филлипс.

— Роберт, прости меня, я чуть не сделала из тебя ихтиолога.

— Если ты не повысишь мне зарплату, тебя никто не поймет, — ухмыльнулся Роберт.

— Об этом не беспокойся. Бумаги подписаны. Ты назначен заместителем редактора отдела.

— Это уже кое-что, Джейми. Я знал, что мы с тобой сработаемся.

Их разговор прервала секретарша.

— Роберт, на первой линии какая-то Маша Стеклова.

Френсис бросился к трубке. Женщины переглянулись. Раньше за ним такой прыти не наблюдалось.

— Роберт! — услышал он ликующий крик Маши. — О Боже, какое счастье, что ты жив!

— Да, удалось выкарабкаться. А ты в порядке?

— В полном. Я остановилась в «Хилтоне» благодаря Тане Варламовой. С нами также Катя Шадрина, ну та русская модель, которая потрясла корабль.

— Точнее не скажешь. Как насчет встречи? Думаю, нам есть что сказать друг другу.

— Я тоже так думаю. Роберт, ты был в последние минуты с Шавуазье. Не знаешь, что с ним?

— Мы с ним спасались вместе. Подробности — при встрече. Не переживай, мы скоро увидимся. — Он положил трубку.

Джейми подошла к нему:

— Как ты смотришь на то, чтобы втроем отпраздновать твое благополучное возвращение на родину?

— Третий — это твой сыщик Стикс?

— После заплыва в холодной воде ты стал удивительно сообразительным.