— Что будет с Катькой Шадриной? — неожиданно вспомнила она о подруге.

Лутовинов понимал, что она ждет от него ответа. Если он предсказал гибель «Титаника», рассуждала девушка, то судьбу Шадриной ему предсказать ничего не стоит. В глазах Саши Лутовинов был оракулом, предсказателем судьбы, Нострадамусом.

Виталий хотел было возразить, что дар ясновидения его давно покинул и он может, как и Саша, только строить догадки о судьбе ее подруги, но передумал: а может, действительно в его власти спасти Катю? По крайней мере надо попытаться.

— Я думаю, — медленно проговорил он, — с ней ничего страшного не случится. — Виталий выдержал паузу. — Хотя на ее долю выпадут нелегкие испытания, — закончил он.

— Какие испытания? — затаив дыхание, спросила девушка.

— Она должна спастись на шлюпке. На этот раз уцелеет больше половины пассажиров. — Лутовинов сам удивился, откуда у него такая уверенность.

— Больше половины… — эхом отозвалась Александра.

Глава 18

Да, несомненно, правы те, кто утверждает, что время имеет свойство расширяться. В действительности прошло всего несколько секунд до того момента, как метеорит, гигантский камень из неизвестного на Земле металла, врезался в «Титаник». Перед ударом он разлетелся на две неравные части. Гигантский кусок метеорита угодил в середину лайнера. Другой, поменьше, упал возле самого носа парохода. Тем не менее «Титаник» каким-то чудом продолжал держаться на плаву.

Мертвая тишина в считанные секунды огласилась криками ужаса.

— Мы погибли! — ахнула Катя и еще крепче вцепилась в Шавуазье.

— Нет, мы не должны погибнуть! — закричал Леонид. — Мы не имеем права погибнуть. — В его голосе звучала такая уверенность, будто он предвидел катастрофу.

— Мы же потонем!

— Спокойно! Матросы снимут шлюпки и спасут нас. Не волнуйся, вода теплая, искупаемся под звездами, — быстро проговорил Лео. На самом деле вода за бортом была ледяная.

— Но что же нам делать, что?

— Быстрее к шлюпкам. Корабль скоро пойдет ко дну. — Леонид взял ее за руку, и они бросились в сторону шлюпочной палубы.

Когда они прибежали, матросы уже спускали лодки со шлюпбалок. Люди, толкая друг друга, пытались пробраться к спасательным суденышкам. Но шлюпок явно на всех не хватало, многие из них были разбиты. Катя и Леонид оказались у одной из них. Коренастый матрос бросил быстрый взгляд на Леонида.

— Мистер, помогите нам, — прохрипел он.

Шавуазье подбежал к лебедке, тут же подоспели на помощь другие мужчины, и общими усилиями они стали осторожно спускать шлюпку на воду. Тем временем палуба стремительно наполнялась людьми.

— Пропускайте в первую очередь женщин, детей и стариков, — закричал Шавуазье. Он подхватил Катю, прижал на мгновение к себе и быстро поцеловал в губы. Затем опустил ее в лодку, бережно, как самый драгоценный груз.

— Я с тобой! — воскликнула Катя. — Не бросай меня!

— Я спущусь на следующей, — услышала она его голос, который тут же потонул среди отчаянных воплей. Катю толкали со всех сторон. В лодку набилось полно народу, и ее с трудом спустили на воду. Катя с надеждой всматривалась в темноту, туда, где только что стоял Леонид.

Но его уже там не было. Шавуазье помогал матросам спускать шлюпки.

«Титаник» чудом не раскололся пополам, однако с кормы пробраться на нос уже не было никакой возможности.

Когда белое пятно закрыло все небо, раздался жуткий грохот. Маша зажмурилась. Когда она открыла глаза, то обомлела. Метеорит попал в «Титаник» в двух местах. Причем один из кусков угодил в блок, где располагались каюты первого класса, в том числе отделанный ореховым деревом номер Соболева. Неужели он погиб? Однако эта мысль не укладывалась в голове.

— Кошмар, — прошептала она.

Ей стало дурно, голова препротивно закружилась, она опустилась на палубу. И тут ее увидел возвращавшийся из бара Френсис.

— Маша! — кинулся он к ней, поднял, прижал к себе.

Стеклова смотрела на него широко открытыми от ужаса глазами.

— Мы тонем, Роберт.

Отменная реакция не раз выручала Френсиса, особенно когда ему приходилось выбираться из почти безвыходных ситуаций. Отменная реакция помогала ему и в журналистике, где часто требовалось найти оптимальное решение в доли секунды. Роберт моментально оценил положение. Медлить было нельзя: «Титаник» стремительно погружался в воду.