– Покуй свои вещи сама, старуха, и готовься к депортации в дом престарелых. – Я тоже не осталась в долгу, ядовито кидая ей эту фразу.

Ох, уж, этот сладкий привкус победы наполнил меня, как только я заметила на морщинистом лице ошеломленную гримасу. Но она тут, же поменялась.

– Хамка. – Прошипела она, раздраженно и гневно смотря мне прямо в глаза. Даже страшно стало. – Надеюсь, ты скоро исчезнешь из жизни Рена Тао.

И кинув на меня последний разгоряченный взгляд, она развернулась и протопала прочь из гостиной, оставляя меня одну, находящуюся в полном шоке от ее слов.

Они чуть ли не проклятием слетели с ее губ.

Вздрогнув, я почувствовала, как целый табун мурашек прошелся по моей спине, оставляя после себя неприятные ощущения. Слова ее, меня сильно напугали. Очень сильно.

– А она уже ушла, оказывается. – Послышался бодрый голос прямо возле моего уха. – Тем лучше.

Во второй раз вздрогнув, но уже от неожиданности, я резко повернулась к источнику моего второго испуга за день. Им оказался ни кто иной, как Рен, который вальяжно устроился на диване рядом со мной, пока на столе покоилась дымящая чашечка чая.

– А? Да, ушла. – Растеряно пробубнила я, отводя взгляд. – Ушла.

Положив свои руки мне на талию, Тао одним движением привлек меня к себе, теснее прижимая меня к своему телу. Положив голову мне на макушку, парень протяжно вздохнул, пока я удобно устраивалась в его объятиях. Стало спокойнее, не намного, но все же.

– Я все слышал.

И вот в тот момент меня почему-то посетил страх. Не знаю почему, ведь, по сути, я ничего не сделала, ничего не сказала, но какая-та неведомая паника охватила меня.

– Да я вообще-то и так это знал.

А вот тут уже впору мне удивляться. Хотя нет, не так, тут мне надо просто офигевать! Если он все это знал, то какого, простите, черта, он так любезничал с ней, да еще и в дом пригласил и чаю предлагал?!

– Что, прости? – мой голос немного смахивал на писк, ибо эта новость «чуть-чуть» меня выбила из колеи. – Знал?!

– Да, а что такое? – невинным голосом поинтересовался он.

– Что такое? – повторила я, а дыхание становилось тяжелым и надрывным от накативших эмоций. – Ты спрашиваешь у меня, что такое?! Ты в дом приводишь старуху, которая тебя для своей ненаглядной дочери загрести хочет, а тебе хоть бы хны? Так еще и чай предлагаешь!

– То, что она хочет сделать, все равно никогда не осуществиться, а грубить старшим я не привык и тебе не советую. – В голосе появились нотки укора, но они сразу же были подавлены его нежной улыбкой. – Успокойся, никуда она меня не загребет.

– Ну да, это ты сейчас так говоришь. – Чуть отстраняясь от него и складывая руки на груди, пробубнила я. – Вот приведет она свою эту «красавицу», запудрит тебе мозги, а мне потом сиди и мучайся. Я вообще не понимаю тебя, как можно быть таким равнодушным? Может у нее хитроумный план по захвату тебя? Может она вообще тебе что-то в этот дибильный пирог подмешала? Афродизиак, например!

Мою пламенную речь прервал тихий звук прямо у меня за спиной. Повернувшись, я наблюдала за смеющимся в кулак Реном, который безуспешно пытался скрыть свою эмоцию. Ему тут смешно, видите ли, а я, между прочим, волнуюсь!

– Да иди ты. – Обиженно пробубнила я, не желая больше находиться в обществе этого индивида, резко встала с дивана.

Но не успела я и на пол ступить ногами, как тут же я была схвачена и сильными руками прижата к постороннему телу.

– Отпусти. – Буркнула я, отворачиваясь от него и хмуря взгляд.

– Ты помнишь о том, что тебе еще нельзя самостоятельно ходить, дурында? – нежно проводя носом по моей щеке, проговорил Рен. – Ну, хватит тебе, не дуйся.

– Мне уже лучше, пусти. – Стояла я на своем, отводя лицо от его ласк. – Вот приедет твоя ненаглядная, будешь ее успокаивать.

– С чего ты взяла, что она моя? – удивленно проговорил брюнет, чуть отстраняя меня от себя.

– А то, что если бы ты не хотел с ней встретиться, то и бабулю эту к себе не впускал и не давал бы ей надежды на то, что у ее дочери есть шанс! – неожиданно вспылила я. – И не давал бы ей поводов проклинать меня!

Я, если честно, сама удивилась такой своей реакции. Но, понимаете, эти ее слова, меня настолько напугали, что я себе уже сейчас места не нахожу. Всегда меня пугали вот такие вот старческие предсказания.

– Так ты из-за ее слов так расстроилась? – удивленно моргнув, поинтересовался Тао. – Дурочка, да не обращай ты внимания на нее. – Успокаивающе произнес Рен, вновь прижимая меня к себе. – Ее слова ничего не значат.

Эх, мне бы его спокойствие. Но он на то и Рен, что не волнуется по «пустякам», а я на, то и Микаэла, что плачу, лишь бы повод дали.