– Получилось, - не раздумывая бросила Пилика. С самого начала ухода ребят и после объяснения Анны по поводу того, что случилось, девушка не могла найти себе места. Мысль о том, что ее брат и друзья, включая любимого человека, сейчас в полнейшей опасности. Хоть и девушка, которая сейчас пошла им на подмогу, была ее соперницей, Пилика к ней вселенской ненависти, как, например, пол года назад, не испытывала. Наоборот, она на месте усидеть не могла от мысли, что что-то случилось, и это раздражало ее больше всего.

– А почему они тогда не возвращаются?
– не унималась Таммамура, нервно постукивая пальцами по подоконнику и принимая из рук Морти стакан воды, который он ей любезно предложил.
– Спасибо, - поблагодарила она.

– Это не так уж и легко, - пожала плечами Анна, все это время сидя с задумчивым лицом и не отрывая взгляда от горшка с цветком, который ей подарил Асакура совсем недавно, дабы хоть как-то порадовать жену. Взгляды на него ее успокаивали, - кто знает, поймали ли они его вообще.

Одновременно вздрогнув, трое друзей с шокированными лицами развернулись к Киояме, что с глубочайшим спокойствием произнесла эту фразу, даже не моргнув. Возможно, так казалось со стороны. Хотя нет, это так и было. Анна сама себя перебарывала, сидя вот так в тепле на своем родном диване и домашних тапочках, ожидая, когда же ей на блюдечке все предоставят. Она считала, что этим своим поведением кажется довольно легкомысленной в плане того, что же сейчас с ее мужем и друзьями, и вообще живы они. Но это только предположения и мнение Анны.

– Не стоит думать о плохом, - нервно хихикнул Морти, видя, как атмосфера в комнате накалилась, - лучше подождем, а не будем гадать. Наверное, они просто задерживаются, да и…

Остановившись на полуслове, парень, вздрогнув, широко раскрыл глаза, глядя на то, как Киояма, придерживаясь за сердце, опускается на колени перед диваном, вместе с собой опуская на пол и покрывало. Вскрикнув, обе девушки сразу же подбежали к издаивающей хрипы Анне, что трясясь всем телом продолжала держаться за сердце, чувствуя, как по виску уже течет струйка пота, а на лбу выступила испарина. Как-то слишком резко стало плохо.

Пытаясь достучаться до подруги, Тамао и Пилика сели рядом, и, как только Пилика хотела ее поднять, Таммамура сказала ей отойти, так как в таких случаях нельзя совершать никаких резких движений. Морти, что прибежал с очередной порцией воды, подкатил к Киояме на корточках, подставляя стакан трясущейся рукой. Он сам был уже на пороге обморока.

Пытаясь спросить у Анны о том, как она, или прося о том, чтобы она хоть как-то отреагировала, они не заметили, как девушка, в очередной раз тихо захрипев, прошептала сквозь сцепленные зубы:

– М-микаэла…

***

Вески дернулись и вот уже через секунду начинают медленно и аккуратно приоткрываться, впуская белоснежный свет. Несколько раз проморгавшись и зажмурившись от слишком яркого освещения, Микаэла со стоном полностью открыла глаза, оглядываясь, пытаясь понять, что же с ней случилось и где она находится. Мыслей по этому поводу пока не было, ибо место, которое она могла видеть лишь с положения лежа, ей знакомо не было.

Приподнявшись и сев попой на землю, Гонсалес стала с интересом изучать окружающий ее мир и пространство, чувствуя, что что-то тут совсем не так, как ей бы хотелось. Все было каким-то серым, блеклым, похожим на задымленную кем-то комнату без дверей и окон, которых ей не хватало. Только она хотела встать, как голову прознает недавнее, совсем свежее воспоминание.

Она не дошла. Оставалось совсем чуть-чуть, лишь несколько шагов, а она просто мешком упала на снег, по-крайней мере она была в этом уверена, так как ее последнее воспоминание обрывалось уже на полете. Духа она не видела, даже издалека, а поэтому то, что сейчас она находится не пойми где, пугало ее еще больше.

– Дура!
– послышался громкий, рассерженный и такой…знакомый голос?

Сглотнув, Микаэла медленно, очень медленно начинает поворачивать голову в ту сторону, откуда был предположительно слышен ею голос. Руки начали медленно трястись, а тело мгновенно покрылось мелким стадом мурашек, а ведь она даже еще не повернулась. Но через секунду она это сделала и, сразу же сжав ладони в кулаки и чувствуя, как слезы медленно подступают к горлу, промямлила:

– Я-ямато?

– Дура, ты что натворила!
– бесновался парень, целый и здоровый стоя и возвышаясь над испанкой.
– Какого черта?!

– Я-ямато, ты жи…

– Тебя не должно тут быть, ясно?! Ясно тебе?!
– схватив подругу за руки и потянув наверх, поставив ее на ноги, вскипел Куроко, кажется, пребывая вне себя.
– Я велел дойди до самого конца, а не умирать, идиотка!

========== Глава 58. Все плохое когда-нибудь кончается… ==========

Наша любовь была нитью в этом лабиринте, сетью под канатоходцем,