(Музыка: One Direction - What Makes You Beautiful)

Flashback

– Твою же дивизию, ну, кто же так делает! – возмущался кекс в лице Ямато, что так сочувственно рассматривал жареную курицу, ну, точнее, жалкую пародию на нее.

– Что тебе не нравится?! – тут же вступилась я, рассматривая собственное детище.

– Что не нравится?! – с иронией повторил он. – Да, она же черная, что в ней нравиться, может?!

– Ты что расист, что ли?! – встрепенулась я, размахивая руками. – Гитлер недоделанный!Ешь, как есть!

– Гитлер здесь только ты! Травануть меня решила?

– А что я сделаю: она то недожарится, то пережарится, задолбала уже! – резко сняв с себя передник, я бросила его в офигевшего парня и, развернувшись, поспешила прочь из кухни.

– Негр, стой! – попытался остановиться меня он. – А как же те двадцать пять куриц, которых ты так нещадно погубила? Их жертва не должна быть напрасной.

– Ты себя хоть сам слышишь?! – запротестовала я. – Двадцать пять, Ямато! Двадцать пять долбанных раз я пытаюсь ее поджарить, но такое чувство, что я тут смертной казнью занимаюсь. Притом, куриц!

– Если ты так на курицах отрываешься, то я бы посмотрел, что бы ты с людьми вытворяла.

– Что? – не услышала я, на то время, пребывая в собственных мыслях и усмиряя свой пыл.

– Говорю, надо еще попробовать. – Беззаботно ответил парень. – Сама же хотела папе на день рождения курочку его любимую приготовить, вот теперь - отдувайся.

– Бл-и-и-н. – Обреченно простонала я, шоркая обратно на кухню и беря из рук Ямато передник. – Ты мне поможешь?

– Да, куда же я денусь?

Конец Flashback

– Все, на этом мы закончили, ха-ха, смешно. – После того, как я сказала эту фразу, то сразу же уткнулась в свою тарелку и моля, чтобы Ямато не…

– Эй, это еще не все! – Да, твою же мать!

– Ты еще не все рассказала? – осведомился Асакура, хотя, давно уже вместе с Треем рвал животы в истерическом смехе. – Чего ожидать после двадцати пяти куриц?

– А вот вы послушайте. – Укоризненно взглянув на меня, сдавленно произнес Ямато.

Ну, что же…

Flashback

– Негр, ты сейчас еще больше Негр, чем обычно. – Давясь от смеха, просипел Куроко, свернувшись в три погибели. – Похожа на африканского ребенка!

– На себя бы посмотрел! – и, правда, вся в саже от этого черного дыма, ведь еще пара куриц пострадало от меня, да не суть. – Ну, хотя бы закончили.

– Еще бы мы не закончили, после стольких трудов! Давай теперь, хоть посуду помоем.

– О, в этом я мастак, дай–ка. – Остановив попытку друга взять раскаленную сковороду, я с полной уверенностью взяла ее, благо прихваткой и, осмотревшись по сторонам, нашла ей самое лучшее место.

Спустя десять минут:

– Там дым выветрился? – немного покашливая, произнес Ямато, косясь на выход из балкона на котором мы сидели. – Чувак, я мастак в этом, дай пройти! – спародировал меня парень, строя каверзные рожи и меняя голос.

– Ты мог бы предупредить, что пойдет дым!

– Дура, это все знают! Надо же было сковороду с раскаленным маслом в раковину положить!

– Зато курица в порядке. – Подозрительно спокойно отозвалась я, придерживая противень с моей родненькой.

– Ну, конечно, толкнула меня, что я головой о столешницу ударился, да еще и рукой нож с маслом задел, который воткнулся мне между ног, чуть не отрезав мою прелесть. – Причитал Ямато, активно жестикулируя. – И что я слышу? “Зато курица в порядке!”

– Ладно тебе, пойдем, а то скоро гости придут, а у нас свинарник.

– Бог с тобой, пошли уже. – Обреченно вздохнув, Куроко все же поднялся.

Разгар вечера:

– Ну, а теперь, мой подарок! – воскликнула я, хлопнув в ладоши и тут же ретировалась на кухню.

– Что она задумала? – озадачено спросил папа Ямато, смотря мне в след.

– У-у, это что–то, поверьте. – Закатил глаза парень, под столом поглаживая маленький ожог на руке. Подарок, эдакий, от меня.

– А вот и мы! – водрузив на и так, расставленными всякими вкусностями стол, свою ненаглядную курочку, я, гордо вскинув голову, взглянула на папу. – С Днем Рождения, папочка! – после чего, чмокнув отца в щечку, обворожительно улыбнулась, ожидая последующих оваций.

Ровно минуту, мои родственники смотрели на этот шедевр кулинарии, как–то странно переглядываясь.