Росита выглядит удивленной, когда замечает за мной Оливию.

— Мисс Кейн, — говорит она, ее голос мягкий и насмешливый. Не каждый день встретишь дочь гендиректора в подвале.

— Пожалуйста, называйте меня Оливией, — говорит она, с улыбкой исправляя Роситу. — Приятно познакомиться.

В компании все знают Оливию, даже если и не знакомы лично.

— Так… Тебе что-то нужно? — Росита снова переводит взгляд от Оливии ко мне.

Я качаю головой.

— Нет, просто пришел поздороваться.

Росита расслабляется, и ее улыбка становится шире.

— Ты получил мое приглашение на день рождения Марии?

— Конечно. Через две недели, верно? Этот день уже записан в моем календаре.

— Ты обедал? — она улыбается и протягивает руку, чтобы погладить мой шелковый галстук. — Я беспокоюсь, ты же знаешь.

— Я поел. Спасибо, — отвечаю я с улыбкой.

Бывает я так занят, что пропускаю ланч… ну до тех пор, пока Росита не поднимается в мой кабинет с сэндвичем из гастронома. Такое ощущение, что она чувствует, когда я пропускаю обед. Она часто стирает грань между коллегой, другом и матерью.

Я привел сюда Оливию для того, чтобы она увидела своими глазами, что в этой компании есть гораздо больше, чем многозначные числа. Некоторые вещи не могут быть усвоены из электронной таблицы. Перспектива, которую Оливия видит, сидя целый день в кресле в кабинете, очень отличается от перспективы, которую видят здесь, на цокольном этаже.

Стоя здесь и глядя в давно знакомые глаза, я чувствую всю теплоту и заботу, что льются из самой глубины чистой души Роситы. В этот момент невозможно не осознать всю важность нашего дела, ту ответственность, что возложена на нас. Мы не можем потерпеть неудачу. Если у нас ничего не получится, эти люди пойдут ко дну вместе с нами. И я не позволю этому случиться.

После обмена любезностями мы с Оливией возвращаемся к лифту.

— Она важна для тебя, не так ли? — спрашивает Оливия.

— Очень.

Она задумчиво кивает.

Я проверяю свои часы, когда мы заходим в лифт, и вздыхаю. На лице Оливии отражается то же напряжение, которое уже давно испытываю я сам. В последнее время мы находимся в состоянии сильного стресса, и у меня предчувствие, что он только усугубится.

— Сегодня произошло то, чего я совсем не ожидал, — говорю я. — Так как? Ты на самом деле собираешься подписать контракт, да? После нескольких недель переговоров?

— Я сделаю это на своих условиях, если и когда буду готова, Ной. Считай следующие несколько недель испытательным сроком.

— Это будет легко, любимая.

— Ох, это будет нелегко, — говорит она, поправляя меня. — И не называй меня любимой.

— Ты уверена в этом, миссис Тейт?

— Я сказала тебе не называть меня так и как-либо еще.

— Я знаю. Ты сказала, чтобы я пригласил тебя выпить, прежде чем ты рассмотришь вопрос о смене фамилии, — я ухмыляюсь ей. — Я думаю, что это чертовски отличная мысль! Даже гениальная, я бы сказал.

Я прячу свою победную улыбку и испытываю острое желание ударить кулаком в грудь.

Весь мой стол завален бумагами, которые требуют немедленного рассмотрения, но мысль о сидящей напротив Оливии, рассказывающей мне подробности об испытательном сроке, приносит гораздо больше удовольствия. Самое время двигаться дальше.

— Уже около пяти часов, ты знаешь?

— У нас сегодня выдался насыщенный день. Я думаю, мы могли бы выпить по коктейлю, — говорит она, удивляя меня своим согласием.

— Я встречу тебя в холле минут через пятнадцать?

Я знаю, что она никогда не согласится уехать, не ответив на последние электронные письма.

— Конечно, — отвечает она и выходит из лифта.

Я смотрю на ее удаляющуюся попку, когда она идет в направлении своего кабинета.

Разместившись в «Стэнтон Рум» — шикарном баре через дорогу от нашего офисного здания — мы с Оливией делаем заказ: водку с мартини для нее и виски со льдом для меня.

— Очень крепкий мартини, да? — я подмигиваю ей.

— Удивлен? — на ее губах появляется намек на улыбку.

— Что пуританка Оливия Кейн любит крепкий мартини? Да, я удивлен.

— Не думай об этом слишком долго, Ной. Я не хочу наблюдать за тем, как распадаются клетки твоего мозга.

Я хмурюсь, глядя на нее. Если и есть одна вещь, в чем Оливия и я преуспеваем, так это стеб. И хотя ей хочется верить в обратное, но сексуальное напряжение между нами существует. Я наклоняюсь к ней, ставя локти на стол.