Я дождусь этого.

– Он прекратит дергаться и упадет словно сломанная кукла, когда солнце взойдет, - сказал высокий могильщик-блондин, стоя у края могилы и смотря на зомби.

– Не факт, - сказала я.

– Зомби Аниты не умирают с рассветом, - пояснил Мэнни.

– Как и твои, - напомнила я.

Он ухмыльнулся мне, седина в его волосах словно светилась на рассвете. Очаровательный эффект.

– Неплохо для старика.

Я покачала головой.

– Для меня ты не старик, Мэнни, ты все еще способен поднять за ночь зомби больше, чем любой другой в "Аниматорз Инкорпорейтед", не считая меня с Ларри.

Он пожал плечами, даже не пытаясь скрыть довольный взгляд.

– Анита, - позвал Домино, направив теперь дробовик прямо в могилу.

Уоррингтон почти освободился, он боролся изо всех сил, не как человек, а как обычно делают зомби - с безмозглым "выложись по полной".

– Томас Уоррингтон, вы здесь?
– спросила я.

– Голоден, - проговорил он, и его голос больше не был похож на голос Уоррингтона.

– Мистер Уоррингтон, вы меня слышите?

– Голоден, - повторил зомби.

– Он почти освободился, Анита, - сказал Домино.

– Я приказываю тебе прекратить бороться, - велела я.

Зомби не остановился, на самом деле, даже начал бороться яростнее. Он издал резкий свистящий звук и уставился на Домино, словно оружия не существовало. С каждым другим звуком он повторял:

– Голоден.

– Если он освободиться, я стреляю, - предупредил Домино.

– Решено, - согласилась я.

Теперь Никки был рядом со мной. Он держал винтовку, упирающуюся в плечо.

– Разреши открыть огонь.

– Когда взойдет солнце.

– Анита, - позвал Домино.

Зомби освободил одну ногу, и только часть его второй ноги была еще скованна сухой землей.

– Голоден... Голоден... Голоден, - повторял он, словно мантру, словно это было все, что осталось в его мозге.

– Сюзанна, Эдди, приготовьтесь.

– Просто скомандуй, Анита, - ответила Сюзанна.

– Подождите, - сказала я и подняла дробовик к своему плечу. Я прицелилась в лицо зомби, а тот уставился на Домино, будто тоже выбрал свою цель. Порой они бывают бесхитростными. – Голова моя, - бесстрастно сказала я.

– Нога, - отозвался Никки

– Рука, - ответил Домино. У него возможно не было четкого прицела на что-то иное, возможно мне следовало бы оставить ему голову. Я почти сказала это, но неожиданно одновременно произошли два события: солнце выскочило как огненный шар над деревьями, и зомби освободился.

Он схватился за край могилы, чтобы выбраться. Первым прогремел выстрел винтовки Никки, и зомби споткнулся. Одна нога оторвалась у колена, но он все еще держался за край могилы и пытался выбраться наружу. Я нажала на спусковой крючок, и дробовик дернулся в моих руках, с огромной отдачей в плечо, где упирался приклад. Верхняя часть головы зомби превратилась в смесь из крови, мозгов и разных кусков. Он все еще подтягивался за край могилы. Домино выстрелил и одна рука исчезла у локтя, и зомби начал сползать обратно в могилу. Я снова выстрелила в голову и снесла то, что от нее оставалось. Если бы это был вампир, он бы точно уже лежал замертво, но это был зомби, и даже без головы он продолжал бороться, чтобы выбраться из своей могилы.

Никки сменил позицию, чтобы отстрелить вторую ногу, которая помогала вытолкнуть тело

наружу. Зомби сполз немного в могилу, держась одной рукой, но затем Домино отстрелил и эту руку,

и зомби упал обратно в яму.

– Жги его, - закричала я и отступила от могилы. Никки последовал за мной, но Домино все еще был за ямой. Он выстрелил снова.

– Домино, уходи оттуда!
– заорала я.

Он поднял взгляд, словно не осознавал, что мы переместились. Возможно, не слышал из-за выстрелов. И отошел к нам назад, дав возможность очисть могилу чем-то эффективнее, чем пулями.

Огнемет ожил со свистом и заполнил могилу огнем, будто пытался достать до преисподней. Жар заставил нас отступить, без защитных костюмов человеческая плоть сгорит так же быстро, как все остальное.

С восходящим солнцем отступали тени, но под покровом высоких деревьев все еще было сумрачно, огонь полыхающий из могилы заставлял последние остатки ночи танцевать вокруг нас. Что-то показалось из-за края могилы, объятое пламенем, но все еще двигающееся. Мне потребовалось время, чтобы разглядеть, что зомби использовал культи своих рук как клинки, вонзая их в землю, почти как предохранительный штифт, взбираясь по стене могилы, как по горе. Никки выстрелил с винтовки ему в грудь прежде меня, и грудная клетка разлетелась огнем и горящими ошметками. Зомби рухнул в могилу, а ребята продолжали поливать яму огнем.

Нас озарил солнечный свет с очертанием листьев, и огонь остановился, словно с наступлением дня и пламя стало невозможным. Сюзанна подошла к нам, стянув шлем своего костюма. Но ее лицу стекал пот. Так близко к пеклу жарковато.

– Какое-то время он еще погорит, но все кончено.

Теперь, когда они не поливали зомби огнем, я почувствовала запах горелого мяса. Горящий человек может пахнуть жаренным мясом, но не зомби. Они всегда источают едкий запах гари. Я боролась с желанием зажать нос и дышать неглубоко.