Главными охранниками Ричарда были только Шанг-Да – единственный двухметровый китаец, которого я когда-либо встречала, и Джамиль - темнокожий афроамериканец с заплетенными в тугие косички волосами до пояса. Один был в черном костюме, сшитом так, чтобы скрывать под ним оружие, другой - в белом костюме с красной рубашкой и галстуком под цвет красным бусинам в волосах. Из всех знакомых мне мужчин, только Джамилю удавалось носить белый костюм и не

выглядеть при этом глупо. На нем он сидел как надо.

Син взял меня за руку и произнес:

– Кажется, я что-то пропустил, но звучит неплохо.

– Я же велел тебе держаться подальше, Син, - сказал Жан-Клод.

– У него есть право быть здесь, Жан-Клод.

– Она постоянно бросает тебе вызов, Жан-Клод, - снова заговорил Кейн.

– Даже твой юный принц подчиняется прежде ей, чем тебе, mon amour, - согласился Ашер.

– Вся охрана судачит о том, как Анита взяла тебя за задницу в раздевалке, - вмешался Никки.
– Тебя нашли, распластавшимся на полу. Ты даже на ногах стоять не мог.

Ричард захохотал, и следом за ним охранники поддержали его очень мужским смехом.

Мика присоединился к ним, только Натаниэль и Жан-Клод оставались мрачными. Натаниэль смотрел на Ашера горестным взглядом, держа за руку Мику. Жан-Клод одной рукой перебирал кружева на своей рубашке, словно пытаясь успокоиться. Другую его руку Ричард прижал к своему бедру. Не знаю точно, держались ли они за руки, или Ричард просто удерживал руку Жан-Клода, чтобы не дать гладить себя по бедру, что тот тоже делал, когда нервничал. Обычно это было мое бедро или Ашера, и иногда Мики.

– Ты так сильно ударила его?
– спросил Син.

– Я его не била.

– Она поглотила его гнев, - ответил Никки.
– Слышал, после этого ты был в полном раздрае, Кейн.

Он пристально посмотрел на Кейна, очень испытующим взглядом, что-то между тем, как смотрят друг на друга противники на тренировочных матах, и тем, как смотрят на кого-то, решая то ли оттрахать его, то ли перегрызть глотку и съесть. Это удивительный взгляд хищника, из тех, которым серийный убийца может одаривать своих жертв, в котором видятся жестокость, секс и каннибализм.

– Не в таком раздрае, как ты, когда она сделала тебя своей долбанной Невестой, - ответил Кейн с не самой приятной улыбкой.

Никки улыбнулся в ответ, но его улыбка была настоящей, предупреждающей.

Улыбка Кейна немного померкла. Он знал, что что-то не так, но не понимал что. Он мог быть умен, спорить готова, Ашер с глупцами не спит, но в одном я была уверена - Кейн не был мудрым.

– И снова спрошу, зачем ты здесь, Мика?

Ашер, конечно, тоже не был мудрейшим.

– Я здесь, потому что состою в отношениях с большим количеством людей в этой комнате, чем ты, и представляю интересы всех оборотней как на непосредственной территории Жан-Клода, так и за ее пределами.

– Скажи это Нарциссу, которого вы пленили, - сказал Ашер.

– Он хотел убить вас обоих, когда узнал, что ты сделал, - голос Жан-Клода был таким же пустым, как и его лицо, словно не мог справиться с собой и показать хоть какую-то эмоцию.

– Я знаю, ты торговался за наши жизни, mon amour, и я благодарен, - ответил Ашер.

– Тогда и веди себя так же, как ты благодарен, - сказал Мика.

– Это ты заставил Жан-Клода лишить меня моих собственных телохранителей, которые принадлежат мне?

– Принадлежат тебе? Ничто тебе не принадлежит, Ашер.

– Я мастер вампиров, и мои подвластные звери - самая могущественная животная группа в городе.

На мгновение его глаза вспыхнули ледяным голубым пламенем, а затем потухли.

– Были, - поправила я, - твои подвластные звери были самой могущественной животной группой в городе. В прошедшем времени.

Я хотела присесть, но не желала сидеть так близко к Кейну или Ашеру, и черта с два притащу Сина к ним так близко. Я могла бы устроится рядом с Натаниэлем и Микой, но это могло бы задеть Жан-Клода, и Кейн не удержался бы от комментария, что было совсем ни к чему.

– Знаю я, что вы плели заговоры за спиной моего короля, - сказал Кейн.

– Это Нарцисс пытался уговорить Ашера свергнуть Жан-Клода и захватить город, - сказала я.

Кейн нахмурился.

– Нет, это не правда. Он оболгал перед тобой моего Обей, - он указал на Мику еще драматичнее, чем я ожидала.