— Эй, Малфой, — сказала Таунсенд, — у меня для тебя есть новости. Ты теперь, как и полагается, живешь в комнате не один. Твой сосед вернулся, так что поздравляю.

— Он в комнате? — спросил я ее.

— Да, он, похоже, не захотел терпеть наше общество. Может, вы с ним поладите, — сказала Руби и отвернулась обратно к своим друзьям, которые как раз закончили разливать по стаканчикам какой-то напиток, и с нетерпением ожидали, когда она закончит свой разговор со мной.

Мне нечего было добавить, так что я отправился в свою комнату, с любопытством ожидая встречи со своим новым соседом. Мне не хотелось делить комнату с кем-то еще, но выбора у меня не было, так что нельзя сказать, что я был сильно расстроен.

Переместившись в комнату, я первым делом увидел большой сундук, который стоял сразу возле двери. На второй кровати сидел худой парень. Он был темноволосым, мрачным и каким-то костлявым, можно было даже сказать изможденным на вид. Одетый во все черное, он походил на священника. Выглядел он явно старше своих лет.

— Привет, я Драко Малфой, — первым поздоровался я.

— Хэролд Райт, — тихо сказал он. — Я знаю, кто ты. Руби мне уже рассказала о тебе.

— Понятно, — ответил я и отправился к своей кровати. — Надеюсь, мы поладим.

— Да, — как-то бесцветно ответил он. — Я — спать, — он улегся на кровать и отвернулся от меня, давая понять, что разговор окончен.

Я пожал плечами, такое соседство меня вполне устраивало. Полное молчаливое безразличие для меня было гораздо лучше открытой неприязни, а заводить с ним дружбу я и не собирался.

Я удобно устроился на кровати и закрыл глаза, стараясь не думать об угрюмом соседе по комнате. Перед глазами возник образ Грейнджер, чертовой книги про “великие открытия алхимиков” и разлетевшейся от моего заклинания синей чашки. Губы сами растянулись в улыбке.

========== Глава 11: Сосед по комнате ==========

Разные люди, разные судьбы…

Правда у каждого разная будет.

Кто-то — поймет, ну а кто-то — осудит.

Кого-то убьют, а кого-то — полюбят.

Первая неделя ноября выдалась мрачной, холодной и дождливой. Серые тучи не покидали небо ни днем ни ночью, из-за чего создавалось впечатление, что над миром сгустились беспросветные сумерки. Сильный ветер клонил деревья к земле и тоскливо завывал за окнами. А в конце недели вообще выпал первый в этом году снег. Зима явно спешила вступить в свои права раньше времени.

В замке стало прохладно и не очень уютно. Все стремились как можно больше времени проводить в гостиных у каминов, где весело потрескивал яркий согревающий огонь, и посильнее кутались в теплые шарфы. Для меня это были обычные дни, заполненные учебой, времяпровождением в библиотеке вместе с Алексом и Амелией и бесконечными размышлениями о событиях последних пяти лет моей жизни. Грейнджер молчала и не звала к себе в кабинет продолжать поиски недостающих составляющих для зелья, но я особо на это и не надеялся, ведь она предупредила, что ей нужно время на самостоятельные раздумья. Однако я все равно подсознательно ждал появления эльфа с запиской от нее. Теперь во время уроков трансфигурации я часто ловил ее взгляд, но чем просто смотреть на нее, гораздо лучше было с ней говорить.

В один из таких морозных мрачных дней вместе с Алексом мы ожидали начала занятия по ЗоТИ, когда в кабинет зашел мой сосед по комнате — Хэролд Райт. Не замечая никого вокруг, он, проходя, сбросил несколько учебников с чужих столов и толкнул плечом Энтони Мэлтона, который тут же высказал все, что о нем думал, в не самых цензурных выражениях. Райт, казалось, не обратил на эти слова внимания и молча уселся за последний стол в самом углу аудитории.

— Странный он какой-то, — сказал мне Алекс, показывая взглядом на Хэролда. Тот под школьной мантией носил вместо белой рубашки черную, так что единственным ярким пятном на нем был зеленый галстук. — Сегодня кажется еще более мрачным, чем обычно.

— По-моему, он всегда такой, — ответил я, пожав плечами. — Мы с ним никогда не разговариваем в комнате. Единственный наш разговор состоялся на Хэллоуин, но он не был особо содержательным.

— Держись от него подальше, Драко, — посоветовал Алекс.

— Я слышал, в гостиной говорили, что у него какое-то горе в семье. Может, поэтому он такой. Со временем отойдет, — сказал я.

— Не знаю, — Алекс покачал головой. — Мне он не нравится.

— Привет, — прервала наш разговор подошедшая Дэвидсон. — Как тут ваши дела? — она хмурилась и явно нервничала, как обычно перед занятием с Куппер.

— Все отлично, — сказал ей Алекс и улыбнулся. Я промолчал.

— Как может быть “отлично”, если впереди ЗоТИ? — спросила она и уселась позади нас. — Я так нервничаю, что даже руки заледенели, — она потерла ладошки.

— Давай я согрею, — сказал Алекс, повернувшись к ней, и обхватил ее маленькие руки своими. Дэвидсон, казалось, была удивлена, но рук не убрала. Она смущенно улыбнулась ему и вздохнула.

Я отвернулся. Странно было наблюдать за ними, будто я подглядывал за чужой жизнью.