На роскошно отделанный зал парень просто не обращал внимания, а уж пафосный фонтан со скульптурой, призывающей к дружбе магические народы и вовсе заставил презрительно фыркнуть.

Он целеустремленно пробирался к столу охранника.

Высокий усатый волшебник в коричневой мантии лениво проверил его палочку и великодушно рассказал, на каком уровне находится кабинет Долорес Амбридж.

Снейп вежливо поблагодарил и занял очередь к лифту. Отдел образования располагался на восьмом уровне. К тому времени в лифте почти уже не осталось народа – все вышли раньше.

Оказавшись в длинном коридоре со множеством дверей, Северус отошел к наколдованному окну.

Он одернул на себе мантию, пригладил вымытые вчера для пущего эффекта женского благорасположения волосы, проверил в карманах пузырьки с зельями и вытащил из сумки записку Люциуса и свое заявление на допуск к экстернату. Глубоко вздохнул и двинулся вперед, внимательно читая позолоченные таблички с именами на дверях. А вот и она – вычурная, витиеватая надпись – «Заместитель начальника Отдела Магического образования Долорес Амбридж».

Он постучал, сначала тихо, потом погромче.

— Да, входите! – раздался мелодичный, молодой голос. Северус, привыкший различать обертона и различные интонации подумал, что может, все не так страшно?

Однако, когда он открыл дверь и увидел хозяйку кабинета, это позитивное мнение его сразу же покинуло.

Долорес Амбридж оказалась низенькой, довольно упитанной волшебницей с короткими кудрявыми каштановыми волосами, перевязанными розовой шелковой ленточкой. Круглые выпуклые глаза и широкое лицо делали ее похожей на молоденькую, еще не покрывшуюся полностью бородавками жабку. Этому способствовали немного дряблые щечки и намечающиеся мешки под глазами, хотя лицо было намазано дорогой косметикой, призванной сделать кожу бархатной и упругой.

Северус привычно поставил диагноз: больные почки и печень, чревоугодие. Да, похудеть не мешало бы… Правда, короткая жирная шея и слишком большой рот все равно испортят впечатление. М-да… а ведь его в школе все считали уродом… Видимо, люди упорно предпочитают замечать только чужие недостатки, свои же превозносят достоинствами.

Что ж, хорошо, когда у тебя отсутствуют комплексы. Снейп хмыкнул и решил, что и от своих ему тоже надо бы избавиться, иначе так всю жизнь и будешь прятаться под корягами и камнями, боясь выбраться на белый свет к людям.

Кабинет заместительницы был оформлен в розовых цветах самых различных оттенков: от нежно-розового, как попка младенца, до яркого цвета фуксии и апофеозом служили разнообразные изображения котят. У Снейпа тут же заболела голова от пронзительного писка живых картинок с этими пушистиками. Нет, он, конечно, любил животных и никогда не обижал кошку завхоза Филча, но в рабочем кабинете в Министерстве… видимо, заместитель Начальника Магического образования и впрямь была важной шишкой, коль скоро ей прощали столь неформальную обстановку…

Долорес быстро обшарила глазами молодого человека в небогатой мантии. Обычный посетитель с утра. К тому же незнакомый… Может, удастся сплавить его клерку в соседнем кабинете?

— По какому вопросу? – проведя беглую ревизию, жаба решила, что церемониться с сопляком особо не стоит.

Северус же, пока в ответ разглядывал ее, вспомнил морских сирен, которые обладали такими же чарующими голосами, а на поверку оказывались страшными плотоядными чудовищами, заманивавшими моряков в свои сети. Ему вдруг стало смешно, когда он представил Амбридж под Оборотным, подливающую бедному Фаджу Амортенцию. Вот ведь несчастный! И впрямь – сирена и сирена!

Он прошел к помпезному столу, нагло уселся на мягкий стул и положил перед чиновницей письмо Люциуса.

Разглядев дорогую бумагу с фамильными гербами и сургучной печатью Малфоя, Амбридж тут же расплылась в приторной улыбке, растянув широченный рот. Не хватало только длинного липкого языка и жирной мухи, жужжащей в воздухе.

Глазки у дамы сразу же стали масляными и заблестели – видимо вспомнила статного белокурого молодого красавца Люциуса. Снейп откровенно веселился. У бабы на лице все было написано. Но, как говорится, лорд Малфой один, а желающих много, на всех не напасешься – любуйтесь издалека. Видимо, Амбридж это прекрасно понимала, поэтому и обходилась всякими Корнелиусами Фаджами. Однако терять расположение такого господина как Малфой не хотелось, посему пришлось проявлять любезность к подателю письма.

— Ох, вы от дорогого Люциуса… как вас, — она заглянула в записку, — Северус Снейп… хм, не припомню таких… вы из чистокровных?

— Нет, мой отец магл, — очень вежливо ответствовал Северус. Затем, потянувшись, прикоснулся кончиком палочки к записке – та моментально вспыхнула и истлела. Амбридж уничтожила пепел Эванеско безо всякого удивления и возмущения – видимо, не в первый раз.

Затем чуть заметно поморщилась – она ненавидела полукровок.

— Хм… не сомневаюсь в вашей полезности лорду Малфою, коль скоро вы сумели заинтересовать его настолько, что он просит посодействовать вам в вашем желании, — изрекла она задумчиво. – Разумеется, я с превеликим желанием выполню его просьбу, Северус… но… вы понимаете?