– Ну если Сириус говорит, - протянула Вика, прицеливаясь в перо.
– Вингардиум Левиоса!

Оно, тускло блеснув синим, оторвалось от пола и полетело к присевшей на Викину кровать Джинни. Она подняла руку, и перо опустилось на ее раскрытую ладонь.

– Видишь, месяца не прошло, а ты уже прекрасно владеешь Чарами Левитации. Я больше мучилась с ними, хотя с магией знакома с рождения.

Вика почесала макушку.

– Наверное, все потому, что мне помогает мой магический потенциал, как сказал Сириус.

Джинни хмыкнула, воткнув в волосы перо и становясь похожей на индианку.

– Между прочим, ты не в курсе, где он?

– Сириус?
– уточнила Вика, присаживаясь рядом с ней.
– Не в курсе, а его нет в замке?

– Насколько я знаю, нет. Я краем уха слышала, как профессор Льюис интересовалась им у профессора Флитвика.

– Ну, наверное, у него дела. Он, в отличие от нас, может запросто отлучиться из Хогвартса.

Джинни рассеянно взяла лежащий на покрывале альбом.

– Допустим, не только он один.

– Ты имеешь в виду кого-то конкретно?
– спросила Вика, заметив, как беспокойно забегали глаза собеседницы.

– Нет… То есть да… Не знаю… Просто я вижу, что Гарри, Рон и Гермиона почти все время проводят вместе, о чем-то разговаривают.

– И ты думаешь, они… планируют куда-то уйти?

– Ох, не знаю!.. Они столько раз влипали во всякие переделки. Я очень надеюсь, что присутствие Сириуса в Хогвартсе как-то умерит пыл Гарри или хотя бы не даст попасть в очередную неприятность.

– Джинни, ты же говорила, что для Гарри ты просто младшая сестра его друга, - сказала Вика, склонив голову к плечу.

– Ладно, не просто. Мы встречались этой весной, а потом Гарри сказал, что нам нужно расстаться, чтобы меня не подвергать опасности.
– Джинни наклонилась к коленям, отчего волосы скрыли ее лицо.
– Где в этой жизни справедливость?

– Ой, Джинни… - вздохнула Виктория, легонько погладив ее по волосам. Кто бы ей самой ответил на этот вопрос.

– Вики, а у тебя есть кто-нибудь?

– Что значит твое «есть кто-нибудь»? У меня есть семья, подруга…

– Это понятно. Но я имела в виду любимого человека.

Вика вновь вздохнула, на этот раз еще печальней. Что ей ответить Джинни? Что лучше быть одной, чем с кем попало?

– Нет, Джинни, в этом смысле у меня никого нет, - наконец сказала она.
– Но я понимаю твои чувства, беспокойство за Гарри.

Она слегка улыбнулась, взглянув сверху вниз на Джинни.

– Спасибо, - Джинни открыто посмотрела на нее.
– Значит, ты свободна? Я хочу сказать, вокруг много парней, тот же Майкл постоянно смотрит на тебя.

– Во-первых, он не может на меня постоянно смотреть, - возразила Вика снисходительно, - так как видимся мы лишь в Большом зале. Во-вторых, - повысила она голос, когда Джинни открыла рот, - Майкл и все остальные парни младше меня, поэтому по определению у меня с ними ничего не может быть. И, в-третьих, я не собираюсь вообще завязывать с кем бы то ни было отношения.

– Ладно, вопросов больше не имею, - шутливо подняла ладони Джинни.
– Нет, они у меня есть, но задавать воздержусь. Ты не обижаешься, Вики, что я разговариваю с тобой… ну, как с ровесницей?

– Джинни, я бы обиделась, если бы ты относилась ко мне как к какой-нибудь тетке.

– К тетке?
– фыркнула Джинни в кулак.
– Никому в голову не может прийти относиться к тебе как к тетке.

– Ну, я это образно сказала. Как к чужой, к незнакомке.

– Знаешь, с тобой легко общаться, - призналась она, открывая альбом.
– Может, поэтому.

Вика удивленно посмотрела на Джинни. Вот так новость! Ей говорили, что она умеет слушать, но чтобы легко общаться… Да к тому же с ужасным акцентом.

– Ты красиво рисуешь.

– Ну вот, в ход пошли комплименты, - хмыкнула Вика, вертя палочку в руке.
– Джинни, я сейчас покраснею.

– Я правду говорю. Рисунки у тебя как настоящие.

– Ну, с вашими живыми картинами они не сравнятся.

– Нет, я имею в виду, в них есть глубина. Сразу видно, что ты рисуешь от души.

– О, спасибо, Джинни, мне это приятно слышать. Если я рисую, то делаю это, погружаясь с головой, - призналась она, прикрыв глаза.
– А рисую я сколько себя помню, лет с трех, наверное. Я не представляю свою жизнь без рисования… без музыки… без…