– Не... – Дем улыбнулся сестре.

– Смотри, я могу и прогуляться.

– Не, спасибо! Отдыхай, сес.

Деми усмехнулась, закинула руки за голову.

– Отдых, да... – странно пробормотала она. – Жаль, отдохнуть впрок невозможно.

– Угу...

– Итак, – повернувшись на бок, чтобы было удобнее смотреть на брата, девушка поинтересовалась: – Вы будете..., где?

– Ты о чем?

– Проводить медовые несколько дней где будете?

– В ее особнячке.

– А особнячок?

– В небесах.

– Высоко лечу, высоко смотрю?

– Вот смотреть мы вряд ли будем... лично я надеюсь выспаться...

– Кхм. Ладно. Без советов «умничающей» сестры обойдешься?

– Да, но говори уж.

– Э нет! Раз обойдёшься, значит говорить ничего не буду!

– Не обойдусь. Толкай речь, а то буду пытать.

– Тебе лень!

– Нет, не лень.

– Совсем-совсем? Вставать со своего гамака, идти до меня, что-то делать! И ради каких-то пары слов?!

– Ага. Все для тебя, сес...

– Дём, что за странное обращение? Откуда ты вообще его выцепил?!

– Сокращенка от «сестренка».

– Совсем обленился! – всплеснула руками девушка.

– Нет, креатив попер.

– Не к добру...

– Хорошего же ты обо мне мнения...

– Я о тебе хорошего мнения! Но последний твой приступ креативности закончился тем что в малой лаборатории пришлось делать ремонт, а перед этим – восстанавливать стены!

– Вообще-то он закончился рождением Эра.

– Это я не считаю за приступ креативности, – выкрутилась Деми.

– Ах вот как?.. – Обиделся брат.

– Это было гениальное вдохновение! Поскольку ты гений, в такие моменты ничего другого тебе не положено!

– Выкрутилась....

– У тебя научилась! И кстати, тебя через три минуты начнёт искать папа.

– На двери висит табличка «Я сплю, пойдите к черту».

– Не хочется тебя разочаровывать, но он будет искать тебя ментально, с целью, – Деми прыснула, – дать последние наставления как отец холостому сыну.

– Я под сотней щитов, включая зеркалки и экранирующие. Удачи...

– Неужели не хочешь послушать, что он скажет?!

– Совершенно. Меня все уже достали.

– Какой строгий, – покосившись задумчиво на брата, девушка разочарованно вздохнула. – Вот не был бы ты в костюме, я бы переползла к тебе поближе. И даже подремала бы с тобой вместе. А так ни-ни!

– Залезай. – Дем вздохнул.

Покосившись на брата, Деметра шустрой ящеркой перебралась к нему, положила голову на плечо и тихо хихикнула.

Абсолютный щит брата в такие минуты распространялся и на неё в том числе. И мысленно приказав себе проснуться через полтора часа, чтобы успеть забежать к себе в комнату и переодеться, Деми уснула.

Демиан тоже подремал, убаюканный теплом сестры, но через полтора часа они проснулись оба, и совсем не из-за своих установок... в гамак и на вампиров залез заскучавший лисенок.

Подхватив малыша и теребя его, Деми чмокнула Дёма в щёку и двинулась в свою комнату. Жених остался один...

Это был океан. Только не воды, а ночи. Все присутствующие поднимаясь вверх, на воздушную площадку, оказывались в её полном царстве. Большая часть приглашенных искренне не понимала, что происходит и почему для свадебной церемонии выбрано такое странное место.

Ночь была дьявольски тёмной, и несмотря на прогнозы человеческих синоптиков: «сегодня будет ясно», тёмные, черно-фиолетовые тучи перекатывались в небе.

Ночь была везде. Ночь нашёптывала дивные истории, смеялась, шутила, напоминала о богине, о которой ходили сейчас самые дурацкие слухи по столице.

Здесь не было ветра. Отсюда всё внизу тонуло в темном тумане. На площадке не было звуков. И разговоры глушились, исчезали уже на расстоянии в полметра. А докричаться с одного конца площади до кого-то на другой – было попросту невозможно. Не было музыки – а ведь это было своеобразной традицией для свадебных ритуалов.

Гости ощущали себя немного не в своей тарелке, но магия этого места пронзала их с макушки до пяток. Заставляла вибрировать струнами и пытаться понять, осознать, что же происходит!

Но осознание не приходило.

Демиан стоял под покровом невидимости, изучая место. Поверить в то, что это ЕГО свадьба – не выходило. Хорошо еще, его никто не видит и не знает, что жених уже тут... Впервые в жизни у него даже руки подрагивали.

На шею ему легли тонкие ладони в прохладных перчатках, а следом нежные губы скользнули по шее.