Первый шаг я уже сделал, начало положено.

Реборн

Дон Жуан мафии, самый лучший киллер, Бывший Аркобалено Солнца и прочее, и прочее недоумевал. Он не был педофилом, на девушек младше возраста совершеннолетия он смотрел исключительно с точки зрения эстетики, но эта сеньорита… Она невероятна.

В первую их встречу она была красива той самой чистой невинностью, что так редко встречается в мафии. Её пламя было неподражаемо теплым, и вся она казалась домашней, мирной, словно пламя в камине зимой. Тот самый огонь, около которого хочется сидеть ночи напролет, закутавшись в плед и цедить терпкий глинтвейн. Её персона вызывала в нем желание флиртовать, и лишь привычка быть честным самим с собой не позволила ему воспользоваться оправданием в виде новой «добычи».

Во вторую встречу она осталась собой. Пусть немного выросла, ну ладно, не немного, у неё появилась очаровательная фигура, прелестное личико обрамляли мягкие кудри, в которые так и хотелось зарыться руками. Весь её вид вызывал в нем легкий интерес, симпатию и что-то еще, в чем Реборн абсолютно не желал разбираться. Однако её Пламя, теперь оно было другое, похожее на костер в лесу или свет маяка в шторм. Тот самый Огонь, что мог спасти любую заблудшую душу. Теперь Тсунаеши Инганноморте пробуждала в нем легкое желание если не обладать ею, то хотя бы иметь возможность греться у её костра.

Реборн прекрасно понимал всю тщетность попыток сманить Хаято Гокудеру и Ламбо Бовино в Хранители к Десятому, но попытаться он был обязан. Оба предсказуемо отказали. И если первый всего лишь пообещал подорвать его на своем динамите, а так же рассказать суть предложения своей Донне, то второй мстил с поистине детским воображением и недюжинным умом, ибо найти источник сплетен можно было, лишь зная о некрасивом предложении Вонголы.

Третья встреча была неожиданной. Уставшая, бледная, с кругами под глазами, она была жуткой, как же ему хотелось в тот момент «поговорить» с её Хранителями! Однако в тот момент, когда он уже хотел начать диспут, шальная мысль: «А почему я беспокоюсь о какой-то девчонке» выбила его из колеи. Весь полет он просидел, анализируя собственные действия, поступки, реакции и мысли. И пришел к выводу, что-либо он ей симпатизирует из-за пламени Неба, либо из-за внешности. Второй вариант не выдержал критики, он ведь не педофил. На этом моменте они прилетели. Дальше было не до посторонних мыслей. Знакомство с Наследником и прочая мишура всегда его сильно утомляла.

Вот уж где он не ожидал её встретить, так это в Средней Намимори. Однако именно там и произошла их четвертая встреча. Увидев, как она уложила на лопатки кандидата в Хранители Кирито, Реборн уже понял, что Кея не признает Кирито. А реакция Рехея, еще одного кандидата, показала что, скорее всего, где-то в предках этой девушки был Вонгола Примо. Причем, её Пламя гораздо сильнее Воли Савады. Это было бы критично, не читай он доклады CDEF и шпионов Тимотео, что явно описывали стихийное образование Семерки Савады.

Весьма своеобразной надо сказать, трое с примесью японской крови и один китаец, плюс в Токио жили еще трое: араб, испанец и итальянец. У всех них в предках можно было найти первое поколение.* Правда их своеобразность была не только в национальности, но верить досье в плане психологического портрета было последним, что бы сделал Реборн. Потому оставалось только ждать личного знакомства. Запрос на перевод всех пятерых в класс к Саваде Кирито уже был отправлен.

— Здравствуйте, Араки Эцунори — сан.

— Приветствую, Инганноморте Тсунаеши — сан.

Комната в традиционном японской стиле, небольшой столик, подушки вокруг него, множество мелочей и безделушек, а так же приятная цветовая гамма создавали ощущение уюта и тепла.

«Практически как дома», поймала себя на этой мысли Тсунаеши, когда невольно стала вслушиваться в слишком тихие звуки. В Альтамуре тишина всегда была предвестником разрушений.

Неспешное течение разговора в истинно японском стиле, где все самое главное говорится в конце. Двойственность фраз, красивые словесные кружева, приятный напиток и занимательный собеседник — это были первые переговоры, от которых девушка получала удовольствие. Благодаря интуиции, она видела подводные камни, из-за муштры Эстранео, она могла направлять русло беседы, ну, а уровень образования давал возможность быть если не наравне, то где-то близко с главой клана Араки.

Но все когда-то подходит к концу. Часы пробили полдень, ознаменовывая четыре часа с начала переговоров, документы были в основном подписаны и все, что оставалось, это отдать бумаги нотариусу и юристу, что придут завтра.

Тсунаеши уже хотела аккуратно уйти, как Араки-сан пригласил её отобедать с ними, а отказаться было не вежливо. И именно за чашечкой ароматного зеленого чая и стала ясна истинная причина приглашения Донны Инганноморте к главе клана.

— Я пригласил вас, дабы обсудить не только вопросы стажировки своих подчиненных и вероятного спонсирования в качестве благодарности за лечение моего наследника, но и рассказать вам кое-что. Дело в том, что ваше имя Тсунаеши Савада, дочь Наны Савады, в девичестве Року, которая прямой потомок по женской линии Йоко Араки. Основательницы нашего клана. — Глава древней семьи замолчал и сделал глоток горячего чая.

— Хм, не скажу, что я не догадывалась о своей фамилии, но, позвольте поинтересоваться, откуда такое внимание? — Спросила изрядно напрягшаяся девушка. Она сидела все также расслабленно и спокойно, но чувствовалось что-то такое, на уровне инстинктов, заставляющие следить за ней, в ожидании атаки.

— Основной причиной являются её способности, проявляющиеся крайне редко. — Перебивать старого человека Тсунаеши не стала, хотя на языке так и крутилось «и что?» — Ваше Пламя немного не такое как у остальных, но это я думаю, вы и сами знаете? — Риторический вопрос, — это пошло от Йоко-самы. Мы не знаем, откуда она возникла в Японии, вот только первой и единственной аркобалено не только Неба, но и Грозы с Ураганом была именно она. О ней остались лишь записанные мемуары её детей да книги на странном языке. Я понимаю, что вы хотите узнать, зачем я это рассказываю. — Эцунори-сан отставил стакан с уже остывшим чаем, а потом посмотрел в глаза девушки, что выражали искренне недоумение и вопрос «К чему это?». — Просто Йоко-сама оставила четкие инструкции относительно тех её потомков, что получат схожие с ней силы. Основательница клана Араки была крайне удивительным человеком. Высокая, статная, гордая и независимая, она смогла в то непростое время основать собственный род, встать в его главе и удерживать власть до самой смерти. Благодаря той системе тренировок, что она разработала, появилась Японская школа овладения Огнем Души, её имя чтут во многих кланах, а потомки, особенно с Пламенем, издревле обладали некоторыми привилегиями и неприкосновенностью. Именно поэтому твоя мать смогла выйти за этого недо-японца, и именно из-за этого мы не смогли вмешаться в твое похищение. — Араки Эцунори-сан впервые за всю их беседу ярко выразил свою досаду, горечь, вину и еще массу отрицательных эмоций так явно. Раньше Тсунаеши читала его чувства лишь благодаря интуиции. Но глава клана взял себя в руки и продолжил неожиданно твердым голосом. — Я начал этот разговор по трем причинам. Первая и самая главная, я прошу у тебя прощения за то, что наш род не вмешался в ход событий двенадцать лет назад. Мы должны были защищать тебя и твою семью, а вместо этого позволили тебе исчезнуть на долгие десять лет. Признаю, мы нашли тебя абсолютно случайно в Кембридже, два года назад. — Тсунаеши уже хотела возразить, как Эцунори-сан продолжил.