(ох он шарит по моему телу как неловко)

Ей не было неловко. Ей было просто потрясающе комфортно рядом с этими грубыми руками, стягивающими с неё черную тренировочную майку и горячими сухими губами, следующими по пути проворных рук.

Он уже почти стянул с неё штаны, хищно поглядывая на черный бюстгальтер, когда она поняла, что сам парень все еще одет. Скованная стыдом первого сексуального опыта, она вцепилась в его майку, неаккуратно потянув её на себя. Поняв её маневр, Эрик кровожадно усмехнулся и скинул с себя ненужную тряпку.

(он ах боже черт вот это да какие мышцы он просто божество как внизу тяжело стало)

Кэри неловко погладила руками напряженную спину нависавшего над ней парня и со свистом втянула воздух. Ей начинает нравится подобная игра, жаль будет, если она закончится слишком быстро.

Но… Эрик не был бы Эриком, если, получив так бездумно отдавшуюся ему жертву, не помучил бы её хорошенько. Стянув с девчонки всю одежду, он впился губами в темно-коричневую горошину груди, одновременно проникая пальцем в узкое лоно девушки.

(ну конечно она еще девственница кто ж будет трахать робота)

«Робот», лежавший под ним был слишком красив для этого определения. У Кэри была темно-персиковая кожа, от неё исходил запах лимона и морского бриза – свежее сочетание напрочь снесло голову пьяному «мстителю». А уж её располневшая грудь и тонкая талия, которую он вполне мог обхватить двумя руками, вызывали в нем почти животный восторг.

Сама Кэри наслаждалась моментом близости не меньше: полностью освободившийся от одежды Эрик предстал перед ней во всей своей исполинской красе, а там, где их тела соприкасались, кожу жгло каким-то сладковатым пожаром. Девушка уже извелась под горячими поцелуями, ожидая получить хоть какое-то освобождение – но его все не было. Она поняла, что точно умрет от восторга, когда его губы коснулись её ТАМ.

(мамочка что он делает как неприлично ах это потрясающе)

Не дав ей кончить окончательно, Эрик одним рывком подтянулся к её губам и впился в них не менее жестким, чем ранее поцелуем, пытаясь заглушить крик от первого раза.

Кэри не ожидала этого так резко, поэтому сначала даже не поняла, что ей больно, а когда осознание все-таки накатило, маленькое неудобство уже уступило место вибрирующим волнам наслаждения, которые дарил ей каждый толчок парня.

(господи боже и это он сделал со мной даже не прилагая никаких усилий)

***

– Поздравляю, зубрила. Теперь я придумал для тебя новый термин. Теперь ты – просто шлюха.

Её мир просто потерял очертания.

Комментарий к Глава 8. Отзвуки бьющихся сердец

короче глава и тяжелее

я не вижу отзывов и не напрашиваюсь на них

однако порой мне кажется, что мои герои меняются от главы к главе ( и я знаю, что пишу их по-другому, потому что каждый раз нахожусь под впечатлением от разных вещей)и меня это огорчает поскольку говорит о моем полном провале как автора создать нечто цельное, связанное одной сюжетной нитью

========== Глава 9. Чужие океаны ==========

Тщательно выбирайте врагов. Но и друзей – тоже, потому что они станут врагами.

Анри де Монтерлан

На её свадьбе не было громких поздравлений и букетов роз.

Её свадьба – темное пространство бункера, освещенное лишь болезненными огоньками грязновато-желтых свеч.

Её свадьба – это «стайки» потрепанных, смертно-бледных обитателей бункера.

Её свадьба – это благословенная тишина.

Её свадьба – её самое дорогое воспоминание.

Всегда легче писать отрывками. Делать между важными составляющими мысли горизонтальную черту и оставлять читающему задачу восполнить пустоту. Пусть это будет просто глагол.

Трис всегда так думала. Точнее, она так думала с тех самых пор, как взялась за письмо. Угрожающе-угрюмая жизнь темного бункера была её собственным ночным кошмаром и только мимолетные, словно брызги соленого морского воздуха, вылазки на поверхность за крупицами её спасения – за тем, что поможет уничтожить Джанин, - спасали девушку.

Она – заложница собственного народа. Она – их горящий ярким пламенем символ в наступающей тьме. Ей стоит быть сильней.

И Трис пишет… Узкие тропы строчек – такие же неровные как ломаная линия бровей в отражении.

(ей никогда не нравились её брови)

***

Она писала о том, как губы Тобиаса мягко касаются её затылка, как родная рука обвивает её талию, защищая от гнетущей темноты. Она писала о ярких кристалликах звезд, что стали её самым лучшим подарком на день рождения. От него, разумеется.