Шрифт:
====== Эпилог ======
*** Я стояла в ванной и разглядывала себя. Очень хотелось узнать, появились ли изменения во мне, но их не было. Вот мой плоский живот, такой, какой он был, и не было даже намека на то, что там кто-то есть. Хм. У меня очень странные ощущения: легкая тяжесть, как будто после плотного обеда, но при этом я очень хотела есть. Утром, днем и вечером я ела большие порции еды, много пила йогуртов и ела много фруктов, но чувство голода не покидало меня. Я пролежала в больницы всего день, после чего меня тут же выписали. Все это время Кристиан не отходил от меня, и постоянное чувство неудовлетворенности, наравне с голодом, пожирало меня изнутри. Как только мы переступили порог спальни, я сразу набросилась на Кристиана.
– Малышка, мы только из больницы. Ты пыталась…
– Грей, если ты меня сейчас не трахнешь, я пойду в другое место. Я давно не видела Бена.
В ту самую секунду, Кристиан перевернул меня и, оказавшись сверху, зло сверкнул глазами:
– Еще раз я услышу его имя, я тебя отшлёпаю, сильно.
– Ты. Моя. Жена. – Прорычал он, выделяя каждое слово.
Могу с уверенностью сказать, что такая встряска была нам нужна. Ведь именно после всех этих событий, мы вновь стали близки, как раньше, и это, надо сказать, огромный шаг вперед. Возможно, где-то в глубине души я знала, что Кристиан успеет, спасет меня, успеет, возможно, именно поэтому я так долго держалась, ждала его. Мой лечащий врач сказал, что это просто чудо, что я, потеряв так много крови, смогла так долго оставаться живой. И я с ним полностью согласна. Какая-то невидимая сила не дает нам расстаться, и мы податливы ей.
– Детка, что ты тут делаешь? – спросил муж, прислонившись к косяку.
– Думаю, – ответила я, продолжая осматривать себя.
– А о чем? – обеспокоенно спросил он.
– Как же круто изменилась наша жизнь, когда мы встретились. И теперь, когда я беременна. Это пугает.
– Слишком быстро?
– Конечно, не дам. Я не позволю, чтобы ты плохо себя вел, иначе отшлепаю, – цитировала я его.
Он искренне улыбнулся своей неповторимой улыбкой, за которую любой мужчина модель убил бы. И тут я заметила, что он одет, словно идет на работу. Темно-синие брюки провокационно свисали с его бедер, белоснежная рубашка тщательно выглажена
– Чего это ты такой наряженный? – спросила я, сузив глаза.
– А если честно? – настаивала я, повернувшись к нему.
– К ней? – холодно спросила я.
– Ана, это не то, что ты думаешь. Мне позвонили и сказали, что ей стало хуже. Необходимо дать письменное согласие на операцию, которая дорогая. Я должен внести деньги.
– Кристиан, это не может продолжаться вечно, ты не можешь постоянно заботиться о ней. Она взрослый человек.
– Ана, она совершенно одна. Мне жаль ее, и поэтому я хочу помочь ей.
– Я не осуждаю, мне понятны твои порывы. Но ты не можешь вечно это делать, вы не вместе, у нее есть любимый человек, так почему именно ты хочешь строить из себя спасителя?!