Комментарий к

пишите отзывы) *автору все лень*…

========== Часть 67 ==========

— Только не смейся, что такое «распорка»?
– черт, неужели она думает, что я стану смеяться над ней? Мы же уже вроде все выяснили.

— Я обещал не смеяться и дважды извинился. — я что, на коленях должен ползать, чтобы она поверила? — Не заставляй меня делать это еще раз.
– окидываю Анастейшу взглядом. Она заметно съеживается.
– Распорка — это планка, на которой крепятся наручники и/или оковы для ног. Забавная штуковина.
– не сказать, чтобы Ана была рада этому объяснению. Она поморщилась, едва речь зашла о наручниках.

— Ладно… - скривилась она.
– А как насчет кляпа? Меня бы встревожило, если бы я вдруг не смогла дышать.
– кляп… Ну у нее же вроде бы нет рвотного рефлекса? Хотя… Можно оставить этот пункт. Пока.

— Это и меня бы встревожило. Не хочу, чтобы ты задохнулась.

— А как с кляпом во рту использовать стоп-слова?
– а она хорошо подготовилась.

— Прежде всего, надеюсь, что они тебе не понадобятся. Но если у тебя будет заткнут рот, мы можем использовать жесты, — надеюсь, мы еще сможем воспользоваться этой вещью. Ана встряхивает головой будто пытается избавится от какой нибудь назойливой мысли.

— Я нервничаю из-за кляпа.
– краснея, говорит она.

— Хорошо, возьму на заметку.

— Тебе нравится связывать своих нижних, чтобы они не могли к тебе прикасаться?
– слишком резко выпаливает она. Хм, в точку.

— Это одна из причин, — уклончиво отвечаю я.

— И потому ты связал мне руки, да?

— Да.

— Ты не любишь это обсуждать, — наконец осеняет ее.

— Не люблю. Хочешь еще выпить? От спиртного ты храбреешь, а мне нужно знать, как ты относишься к боли.
– Анастейша снова морщится, и мне совершенно понятно, что она не хотела бы затрагивать эту тему, но это одно из самого главного. Я подливаю ей шампанского, она чуть расправляет плечи. — Так как ты относишься к боли?
– она нервно закусывает губу, обдумывая что-то. — Ты снова кусаешь губу.
– она сразу же прекращает, но так ничего и не произносит.

— Тебя физически наказывали в детстве?

— Нет.

— Значит, тебе не с чем сравнивать.

— Да.
– ох черт.

— Это не так плохо, как кажется. Воображение — вот твой злейший враг, — надеюсь успокоить ее я, но я прямо вижу, как она дрожит.

— Тебе обязательно нужно причинять кому-нибудь боль?
– наивно спрашивает она.

— Да.

— Почему?

— Тут все взаимосвязано, Анастейша. Я это делаю, и все. Вижу, ты нервничаешь. Давай обсудим виды боли.
– ее глаза округляются. Анастейша нервно сглатывает, едва я подаю ей список.

> Шлепанье ладонью

> Удары шлепалкой

> Порка плетью

> Порка розгами

> Укусы

> Зажимы для сосков

> Генитальные зажимы

> Лед

> Горячий воск

> Другие виды/способы причинения боли.

— Так, ты отказалась от генитальных зажимов. Согласен. Вообще-то, самое болезненное наказание — порка розгами.
– она моментально бледнеет. — Будем готовиться к нему постепенно.

— Или совсем уберем, — прибавляет она.

— Это часть сделки, детка, но мы не будем торопиться. Анастейша, я не стану доводить тебя до крайности.

— Больше всего меня пугают наказания. — едва слышно говорит она, и мне кажется, что она готова убежать, но едва сдерживается.

— Хорошо, что ты мне сказала. Давай пока уберем порку розгами. Когда немного привыкнешь, усилим интенсивность. Будем действовать постепенно.
– я придвигаюсь к ней и целую в губы, чтобы хоть как-то снять воцарившее напряжение.

— Пока все было не так уж и плохо, да?
– в ответ лишь пожимает плечами. Очень странно видеть ее такой тихой и… покорной? — Слушай, давай поговорим еще кое о чем, а потом в постель.
– нужно прекращать, а то она и в самом деле убежит.

— Что?
– отстранено говорит она.

— Ну же, Анастейша, из-за всех этих разговоров я хочу тебя трахнуть прямо сейчас, не дожидаясь следующей недели. Уверен, на тебя они тоже подействовали.
– говорю я, видя как она сдвигает ноги, ерзает. — Убедилась? Кроме того, я хочу кое-что попробовать.

— Будет больно?
– как маленькая, ей Богу.

— Нет, и перестань видеть повсюду боль. Это удовольствие. Разве до сих пор тебе было больно?
– она моментально заливается краской, затем отвечает уже более уверенно.

— Нет.

— Вот видишь. Слушай, сегодня днем ты говорила, что хочешь большего.
– черт, как же мне странно говорить это. Я, успокаивая самого себя, беру ее руку и говорю:

— Мы можем попробовать, в те дни, когда ты не моя нижняя. Не знаю, что у нас получится, не знаю, как отделить одно от другого. Возможно, ничего не выйдет, но я хочу попытаться. Скажем, одну ночь в неделю.
– она ошарашенно открывает рот, пытаясь прийти в себя. Да, Анастейша, я способен удивлять даже самого себя.