Он развернулся и зашагал прочь от меня. В полном замешательстве, я закричала:

– Раен! Обещай, что всё мне расскажешь! – Он остановился и повернул голову в сторону.

– Фиби, езжай домой.

Он вновь пошёл в противоположную, от меня и даже наших домов, сторону. Я стояла на месте, смотря вслед его удаляющейся тени. Ветер подул мне в спину и забросил мои волосы в лицо, но мне было плевать. Раен увидел мою смерть и не хочет говорить со мной об этом. Что такого он мог увидеть? Неужели всё так плохо? Я развернулась и словно в трансе пошла в сторону парковки. Мрачные мысли не покидали меня даже тогда, когда я странным образом очутилась около нашей Audi. Задняя пассажирская дверь распахнулась для меня с правой стороны, и я кое-как залезла в автомобиль.

Мама сидела впереди рядом с папой и о чём-то с ним говорила, но увидев меня, обеспокоенно обернулась.

– Доченька, что случилось? На тебе лица нет.

– Всё нормально, – не своим голосом ответила я.

Кристиан завёл машину, бросив на меня хмурый взгляд в зеркало заднего вида. Тедди, сидевший по правую сторону от меня, откинулся на спинку сидения и положил свою руку на подголовник за моей спиной.

– Ну, Фиби, признавайся. О чём вы там с Раеном шептались?

Я посмотрела на брата убийственным взглядом, после которого он обычно затыкался, но не сегодня. Этот наглец подмигнул мне и проговорил одними губами: «я расскажу им про туалет». Я отрицательно покачала головой. Тед улыбнулся и снова ответил мне лишь губами: «тогда колись про своего парня». На последнем слове он скорчил почти смешную рожицу, и я почти засмеялась. Почти.

Я заехала братцу кулаком в живот, и он сразу же скорчился.

– Мам, Фиби бьёт меня! – Как маленький, пожаловался он.

Ана закатила глаза и развернулась к нам.

– Не закатывай глаза! – Остерегающе предупредил Кристиан.

– Куда ты так гонишь? Сбавь скорость! – Упрекнула его Ана.

Я, молча, достала из кармана пальто свой плеер и, вставив в уши наушники, откинулась на спинку сидения. Теду повезло, ведь он уже убрал руку с моего подголовника, иначе бы схлопотал ещё один удар в какое-нибудь важное место. Невидящем взором я уставилась в окно, за которым проплывал городской пейзаж. Мимо меня проносились высотные здания, маленькие старые домики, многочисленные кафе и прочие забегаловки с кричащими неоновыми названиями. Проходили вечно куда-то спешащие и одинокие люди, даже не подозревающие о подстерегающей их на каждом углу опасности. И смерти. А что, если этот старичок, выгуливающий свою любимую таксу, сейчас умрёт? К нему подбежит грабитель и пырнёт ножом прямо в сердце, отшвырнёт ногой тявкающую собачку, заберёт бумажник и убежит в неизвестном направлении, оставляя бедного мужчину умирать на многолюдной улице совершенно одному, ведь никто не окажет ему помощь, другим людям будет просто некогда. И жизнь, светлая, долгая, возможно, героическая и полная замечательных моментов, оборвётся вот таким банальным образом. Глупо, не правда ли?

Я закрыла глаза, прислонившись головой к холодному стеклу машины. Что всё же видел Раен? А если он видел не только мою смерть, но и что-то похуже? Я вздрогнула от этой ужасной мысли. Нет, я просто обязана узнать обо всём у Раена. Он захотел быть моим парнем, а сам что-то скрывает. Машина остановилась, и я открыла глаза. Оказывается, мы уже приехали домой, а Тедди даже успел выскочить на улицу. Я открыла дверцу со своей стороны и вышла на холодный воздух. Сначала я не поняла в чём дело и выставила раскрытую ладонь вперёд. На мою ладошку опустились несколько маленьких снежинок, сразу же растаявших. Снег в Сиэтле 29 ноября? Серьёзно? Природа точно сошла с ума.

Я зашла в дом и стремглав взобралась по лестнице вверх, к себе в комнату. С радостным тявканьем на пороге меня встретил Раен младший. Я опустилась к нему на корточки и потеребила за его светло-шоколадное ушко.

– Раен младший, что мне делать? Раен увидел в своём видении кое-что ужасное и теперь не хочет мне рассказывать.

Щенок ластился ко мне, в то время, как я говорила с ним. Он положил свою лапку на моё бедро и вдруг меня осенило.

– Точно! Раен младший, ты – гений!

Я чмокнула щенка в лоб и достала из кармана своих чёрных брюк мобильник. Набрав номер своего парня, и слушая гудки, я начала раздеваться. Шарф Раена я бережно уложила на кровать рядом со своей подушкой, скинула ботинки и пальто, а гудки всё шли и шли. Я сбросила и набрала его ещё раз. И вновь гудки. Прекрасно, мой парень игнорит меня.

Плюнув на этого негодяя я решила позвонить Эве, но трубку взяла моя тётя Кейт.

– Алло, Фиби?

Видимо, моё имя высветилось на экране мобильника моей кузины.

– Э-э, да, а позови, пожалуйста, Эву.

– Ой, Фиби, она пошла в кино со своим другом, а телефон забыла дома, – извиняющимся тоном ответила Кейт.

Ну, вот, я не нужна даже лучшей подруге!

– Да? Ну, тогда, когда Эва вернётся домой, передай ей, чтобы она мне перезвонила.

– Хорошо. Как у тебя дела, племянница?

– Всё в порядке, Кейт. Спасибо, пока.

Я быстро положила трубку, лишь бы закончить разговор. Мы с Кейт в хороших отношениях и обычно довольно долго болтаем, но сегодня мне не до пустой болтовни.

Я посмотрела себе под ноги, где на задних лапках сидел Раен младший. Я перевела взгляд на окно, за которым падали уже приличные хлопья снега. Это прекрасное зрелище было завораживающим. Давно-ка я не рисовала! Я подошла к своему заброшенному мольберту, стоящему в углу комнаты и перетащила его ближе к окну. Я потёрла ладонями друг об друга. Ну, что ж, приступим.

– Фиби, иди ужинать! – Донёсся из-за двери зазывной окрик матери.

Я придирчиво оглядела свою работу. На рисунке я изобразила освещённый светом луны Сиэтл, в сгущающихся сумерках, и кружащиеся на ветру уникальные снежинки. Я положила кисточку на специальную подставку на мольберте и бросив скучающий взгляд на по-прежнему молчащий телефон, быстро выскользнула из своей комнаты, пока Раен младший мирно спал на моём диване.

Ещё на лестнице я почувствовала приятный запах жареной курочки, который доносился из кухни. Видимо, мама (не без помощи миссис Джонс) решила приготовить её по случаю нашего маленького праздника. Ана, Тедди и Кристиан уже сидели за столом, пока миссис Джонс расставляла блюда на столе. Опять я спустилась к ужину последняя. Сев рядом с Тедди я усомнилась в психическом здравии моего отца. Кристиан сидел, сверкая улыбкой, но постоянно ёрзал, будто на иголках. Да что с ним такое? Миссис Джонс налила в бокалы родителей и брата красное вино, а в мой апельсинный сок, и, пожелав нам приятного аппетита, удалилась из нашего поля зрения. Все принялись за еду, сладко пожёвывая, а я сидела в упор смотря на аппетитный кусочек куриной ножки и старалась не вырвать.