Наконец, лифт приехал на первый этаж и, остановившись, раскрыл перед нами свои двери. Мы с Раеном вошли в него первые и встали у стены, после чего его заполнили до отказа другие туристы. Я вжалась спиной в стену, в то время как Раен встал ко мне лицом. В забитый людьми лифт, под недовольно ворчание пассажиров, протиснулась какая-то полная женщина, и остальным туристам пришлось прижаться друг к другу, чтобы всем хватило места.

– Кому, на какой этаж? – Раздался прокуренный голос.

– Третий!

– Девятый!

– Седьмой!

– Шестой!

– Четырнадцатый! – Выкрикнул Раен.

Кто-то из пассажиров лифта нажал все кнопки заявленных этажей, и мы поехали вверх. Полная женщина в растянутой майке и бриджах громко чихнула и все отпрянули от неё, повалившись друг на друга. Раен повалился на меня, но всё же смог удержать равновесие, положив руки мне на талию и прижавшись ко мне всем телом. Отказываясь смотреть ему в глаза, я уставилась вниз на свою куртку.

В таком сдавленном положении мы доехали до третьего этажа. Пожилая пара выгрузилась из нашего лифта, но из-за женщины в растянутой майке оставшиеся туристы даже не почувствовали разницу.

На шестом этаже вышел ещё один громоздкий мужчина, и всем сразу стало намного легче дышать. Пассажиры лифта отлепились друг от друга на некоторое расстояние, но Раен по-прежнему стоял вплотную ко мне, а я не знаю почему, но по-прежнему боялась встретиться с ним глазами, поэтому так и пялилась на свою тёплую куртку.

На следующем этаже нас покинула полная женщина и все облегчённо вздохнули. Теперь в лифте остались только мы с Раеном, и мужчина лет пятидесяти с молодой девушкой. Она была либо его дочерью, либо молодой женой, хотя могла быть и ненасытной любовницей.

– Мы пойдём к тебе или ко мне? – Прошептал Раен мне на ухо достаточно тихо, чтобы двое других туристов ничего не услышали.

Если Тедди с Меган вернутся в гостиницу, то Тед поведёт её в наш номер, получается, чтобы не мешать им, и чтобы они не мешали нам, нам придётся идти в номер Раена и Меган.

– К тебе, – так же тихо ответила я и отважилась поднять взгляд на Раена.

Он смотрел на меня сверху вниз с загадочной улыбкой на губах.

– Я был бы не прочь слышать почаще такие слова из твоих уст.

Я закатила глаза. Раен был как всегда в своём репертуаре.

На девятом этаже вышел мужчина с молодой девушкой, и мы с Раеном остались в лифте одни. Он немного отстранился от меня, но руки с моей талии и улыбку со своего лица так и не убрал.

– И чем же мы займёмся у меня в номере?

– Что-нибудь придумаем.

Мы приехали на наш последний этаж и створки лифта открылись. Я спустила руки Раена со своей талии и, взяв его за руку, вышла из лифта. Мы прошли по достаточно длинному коридору, на полу которого была расстелена красная ковровая дорожка, и подошли к светло коричневой деревянной двери, ведущей в номер Раена и Меган. Раен провёл своей карточкой по специальному считывающему устройству и замок на двери открылся. Мы разулись и сняли свои куртки, повесив их в коридоре.

– Хочешь чего-нибудь? – Спросил Раен, когда мы подошли к шкуре бедного мишки на полу.

– М-м-м, ты о чём именно?

Этот номер был сделан по той же планировке, что и наш и над камином здесь, так же, как и у нас, висел телевизор. Звук сейчас был выключен, но по одному из каналов показывали какой-то художественный фильм. За окном уже было темно, лишь огни ночного города светили вдалеке.

– О еде и воде. Чай, кофе?

Вдруг на экране большого плазменного телевизора появилось лицо того самого симпатичного актёра, который играл на спектакле в театре. Папа подарил мне билеты на этот спектакль на моё день рождение, и мы с Эвой пошли на него. Всё время мы пялились на этого красавчика, а теперь его показывают по телевизору!

– Фиби?

С неописуемым восторгом, написанном у меня на лице, я обернулась к Раену и радостно пискнула:

– Это он!

Раен посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на телевизор и вновь на меня.

– Кто?

– Актёр! Я не помню его имени, но это он! Боже, посмотри какой он милый!

Схватив пульт, я увеличила громкость и плюхнулась на кровать Раена и, подобрав под себя ноги, как заворожённая уставилась на экран телевизора. Наш с Эвой любимый молодой актёр играл парня по имени Фред. Не знаю, кем он был и вообще про что был этот фильм, но Фред сейчас дружелюбно, даже более чем дружелюбно, разговаривал в школе с какой-то девчонкой.

Периферийным зрением я увидела, как Раен подошёл ко мне и сел рядом на кровать.

– По-твоему он милый? А мне он кажется слащавым.

Я с негодованием уставилась на скорченную в лёгком отвращении рожицу Раена.

– Никакой он не слащавый!

– Он ведёт себя слишком пафосно.

Мы оба перевели взгляд на экран телевизора, где Фред уже положил свою руку на спинку стула той девчонки. Операторы проследили за его, направленным прямо в глубокий разрез девушки, взглядом. Но как только девчонка обернулась на Фреда, он перевёл взгляд на её глаза и обворожительно ей улыбнулся.