Слегка пошатываясь, надзирательская пара продолжала молча стоять, как-то недоумённо уставившись на стоящего перед ними Арбалета (возможно, они ожидали увидеть своего поверженного врага по-прежнему лежащим на грязном камерном полу, но тот, к их немалому удивлению, стоял на своих ногах и спокойно смотрел на своих ночных гостей).

Арбалет сразу понял, что братья-бандеровцы успели уже хлебнуть какой-то сивухи местного розлива (о чём красноречиво говорил распространившийся крепкой волной по камере аромат немудрённых самодельных напитков).

Такой поздний визит не сулил уже поколоченному Арбалету ничего хорошего.

Первым начал беседу видимо более разговорчивый Тлущ (обладателю двух увесистых кувалд Деменчуку совсем незачем было ещё и ораторское искусство, именуемое в просвещённых столичных кругах просто «элоквенцией»).

– Ну, что, морда бузотёрская, будем дружить или воевать?

Да, видимо именно с этой «миролюбивой» целью и припёрлись они на ночь глядя в камеру нашего героя, которого осенила неожиданно пришедшая в голову мысль, и он ответил с некоторой долей озорства, на вопрос Тлуща… стихами.

«Ты нэ моя дивчына молодая,

И нэ мэни краса твоя,

Выщуе думонька смутная,

Што ты, дивчына, не моя.

Ты нэ моя, и лычко харнэ

Милуе иншый, а нэ я,

Мои же лита проходят марнэ,

Бо ты дивчына нэ моя!»

Пришедшие «довоспитывать» Арбалета «служители закона и порядка» были явно озадачены таким неожиданным, небывалым в этих казематах ответом. Конечно, только нашему герою могла прийти в голову мысль продекламировать это классическое произведение окружающим его бетонным стенам и чугунным лбам. Тлущ сразу подошел ближе к Арбалету и спросил:

– Это что, Шевченко?

Арбалет только усмехнулся милому невежеству задубелых бандеровцев. Тлущ не заметил усмешки. Его просто распирало любопытство.

– Так что ж ты молчал, бисов сын!? Ты, выходит, тоже украинец?

– Нет, я – не украинец.

– А кто? Москаль?

– Нет.

– Значит, русский?

– Нет.

– Так кто же ты, чёрт тебя, буйного хлопца, побери?

– Я – рус-ариец.

– А что это значит? – осведомился молчавший до этого верзила Деменчук.

– Пока ещё это значит очень мало, но скоро это будет значить всё.

Словоохотливый Тлущ, не обратив особого внимания на это вселенского масштаба предсказание осуждённого зека, продолжал беседу с возрастающим интересом.

– Так кто ж тебя, ирода, нашей мове обучил?

– Отец. Он у меня много знает. Мне кажется, он знает даже, откуда летающие тарелки вылетают.

– И откуда они вылетают?

– Летающие тарелки, как и всё, вылетают из умных голов.

– Ты что, лагерный отсидок, намекаешь, что у нас башки плохо варят? – начал нагреваться на драку застоявшийся без любимого дела Деменчук.

– Погодь, Мыкола, дай с интересным хлопцем погутарить, – успокоил приятеля явно заинтересованный в продолжении беседы Тлущ, – так ты, может быть, ещё что-нибудь знаешь? Например:

– Я иду багряным садом… – и вопросительно-насмешливо посмотрел на Арбалета, который, к его немалому изумлению, тут же продолжил:

Туман ляга на лыст опалый,

Тут колысь ходылы рядом,

А навкручи вэсна буяла.

………………………….

Ой вы очи волошкови,

Мов троянды пэлюстки уста

Стан твий нижный, смэрэковый,

Ты вэснянка моя чаривна…

– Ну, бисов сын! – воскликнул поражённо Тлущ, – может быть, ты и «Черемшину» знаешь?

– А як же! – невозмутимо улыбаясь, ответил наш герой и пропел своим надтреснутым баритоном (особенно колоритно получалось у него задненёбное горловое «г»):

Знов зозули голос чуты в лиси,

Ластивки гниздэчко звыли в стриси,

А вивчар жэнэ отару плаем,

Тьохнув писню соловэй за чаем…

– Ну ты даёшь, отморозок! – весело рыгнул сивушным перегаром Тлущ, – Ты – украинец, земляк наш!

– Нет, хлопцы, – с напускной печалью ответил Арбалет улыбающемуся Тлущу, – Я никак не могу быть украинцем.

– Это почему?

– Потому что такой национальности, как «украинец», просто нет.

– Ты что мелешь, гад? – взревел дичающий всё больше Деменчук.

– Погодь, Микола, – вновь успокоил своего звереющего напарника Тлущ, – нэхай хлопэц объяснится.

– Вы, шановны хлопцы, – начал явно претендующий на профессорскую кафедру Арбалет, – вы, так же как и я, являетесь потомками Русов-арийцев. Древние арии, скифы, сарматы, этруски, троянцы, венеды, анты, гунны, булгары, авары, словене, русские, немцы, якуты, чеченцы, сербы, поляки, чехи, словаки и многие другие народы, в том числе и называющие себя «украинцами», являются потомками Русов. У всех нас одинаковая кровь, у всех имеется хромосома AR1A, передающаяся по мужской русской линии. Все мы – кровные братья. Все мы – один народ.