Шрифт:
– Это сон, - пробормотал застывший рядом Ашот, - ущипните меня!
– Может, тебя еще и поцеловать?
– спросил вылезший следом Витек, задвигая пулеметчику кулаком под ребра.
Увидев Карлинского Вайсберг улыбнулся и тут же огреб тяжеленной лапищей по плечу.
– Спасибо тебе, комбат! Спасибо за отличную работу!
– Моше, там же лейтенант командовал, не я.
– Ладно, со всеми разберемся!
На сцену вышел ведущий, ожили огромные колонки. Публика возбужденно зашумела, засвистела. Завозились, в поисках предусмотрительно отобранных у них автоматов, солдаты южно-ливанской армии, собираясь пострелять в воздух. Вспомнив, что стволы пришлось сдать ЦАДАЛЬники, яростно захлопали в ладоши. А потом все затопила музыка... .
Рина ждала за кулисами, прислушиваясь к доносящемуся снаружи восторженному гулу. Наконец ввалился взмыленный Юваль Голан, припав к бутылке с водой. Утолив жажду, он подмигнул Рине:
– Ну и публика! Бешеная! Я их завел, попробуй теперь их успокоить!
– Не беспокойся!
– Рина набрала воздух, медленно выдохнула и вышла на сцену. Увидев знакомую стройную фигурку в белом платье, притихшая толпа ахнула и тут же взорвалась восторгом. Рина огляделась, ослепленная ярким светом софитов, внизу бушевало море мальчишек в зеленой форме. Из первого ряда подмигнул единственным глазом подполковник Гади.
Рина прикрыла глаза, сжала микрофон и запела, сначала тихо, но постепенно повышая голос :
Я живу себе день за днем,
Разбрасываю дни по ветру,
Где то внутри родилось привычное напряжение, медленно, с каждой минутой нарастающее.
Люди сходятся вокруг меня, Я же хочу отдохнуть,Толпа подпевала в едином порыве, обнявшись и раскачиваясь в такт музыке.
Говорят, что земля вертится вокруг своей оси, Как же мне отыскать мою ось?Рина первый раз за всю свою карьеру видела такую аудиторию, почти целиком состоящую из стриженных мальчишек, с красными, уставшими, какими-то словно замороженными глазами. Они чутко реагировали на каждое ее движение, на малейшее изменение интонации.
Я совсем не так уж красива, Мне уже не шестнадцать лет, Но я кое-что знаю об этом мире...Кто-то далеко в заднем ряду вскинул руку с зажигалкой, и через минуту весь двор полыхал качающимися огоньками. Она ощущала, что ей удается растапливать лед в их глазах, плавить его силой голоса, постепенно превращая в воду. Никогда еще Рина не выступала перед такой аудиторией. Они ловили глазами малейший ее жест, голос, сразу же начиная подпевать, если она замолкала, протягивая руки к толпе.
Карлинский тоже слушал красивый голос, думая о том, чего стоило организовать этот концерт и сколько глаз сейчас напряженно вглядываются в приборы ночного виденья, в экраны радаров, в прицелы винтовок и пулеметов, для того, что бы здесь могла греметь музыка.
Рина закончила песню под аплодисменты ушла за кулисы.
Взмокший Антон, зажатый в качающемся под музыку ряду товарищей, сжимал в кулаке горячую зажигалку, дешевая пластмасса давно расплавилась, выплюнув колесико и пружину, огонек погас, но он ничего не замечал. Музыка словно отключила все остальное.
Век в мучениях бежит,
Каждый час с трудом живу.
Марш-бросок к концу подходит,
Но уснуть я не смогу.
Ревел со сцены "Ретникс", глуша басами колонок.
Подожди, и я вернусь,
Завтра я буду дома.
Мне надоело изменять мир,
Во вражеской стране.
Не хотел я быть героем,
Не хотел рассказывать,
Как в ночи темной враждебной,
Кто-то на посту стоит.
Орали пацаны сорванными голосами. Завывал луженной глоткой Лилипут.
Только он сбережет надежду,
Надежду на лучшие дни,
Дни когда победит любовь,