— Куда тебя ранило?

— А?

Похоже, кусок времени проскочил мимо меня незамеченным. По крайней мере ничем иным я не мог объяснить, что мой дробовик уже в лапах гоблина, у меня же в руке «Громовой Кот», а Лисса, с ног до головы перемазанная в чем-то темном, больно сжимает и так вывихнутое плечо.

— Ты весь в крови!

— Что?!

— Ты весь в крови!

— А-а… ты тоже.

— Куда тебя ранило?!

— Не знаю! А тебя?!

Отчаявшись добиться от идиота-собеседника ответа, мы дружно перешли к взаимному беглому досмотру — и так же дружно получив схожие результаты, точнее, их отсутствие, вернулись к прежнему, проверенному временем способу.

— Куда тебя ранило?! Ну же, отвечай!

— Да заткнитесь вы! — рявкнул гоблин. — Вот послал же Сидящий… на вас обоих ни царапины! Это Барану не повезло.

Бабах!

Переждав очередной залп, я глянул вбок. Да уж… похоже, что в арсенале у орков отыскалось целых две пушки. Одна из них сейчас пыталась продолбить скалу, вторая же превратила беднягу мула в неаппетитно выглядящий бифштекс.

В другой момент я бы, наверное, нашел для него пару добрых слов, но сейчас испытывал главным образом раздражение. Чертов мул перед смертью успел повернуться боком, причем неправильным боком. И теперь в изрешеченных мешках тихо булькал, утекая, наш запас воды, а притороченные к седлу карабин и два «винчестера» оказались погребенными под тушей.

Бам! Бам! Гоблин умудрился не просто высунуться из-за камня, но и пальнуть. Донесшиеся вопли ярости поведали, что картечь не пропала зря.

— Что там творится?

— Как обычно — ругаются. Похоже, ты или белогривая, — гоблин оскалился, — уложили вождя. Теперь свиномордым нужно решить, кто среди оставшихся самый горластый… ну а мы пока поживем. Как тебе перспективка пожить лишних минут пять, эй-парень?

— Хреново, если честно, — признался я.

— Ы-ы, сразу видно, не умеешь ты радоваться жизни. Гляди — у тебя есть бухло во фляге, баба под боком и целых пять минут — какого тролля еще надо для счастья?

Я начал открывать рот для ответа, но в этот момент прямо на мою голову свалился кусок скалы… или что-то еще более костлявое.

— Целых две бабы, — поправился гоблин.

— Твои револьверы.

— Вернулись к папочке, ы-ы-ы, — осторожно прислонив дробовик к скале, гобл выудил из кармана горсть патронов и принялся за перезарядку. — А ты сильна, белая. Был уверен, что тебя пришпилят.

— Меня сложно убить, — сухо произнесла Венга.

— Мы уже знаем, — усмехнулась Лисса. — Кстати, у тебя в боку стрела.

Опустив голову, вампирка посмотрела на торчащий между ребрами обломок стрелы, схватилась за него и резко дернула. Судя по появившейся гримасе, результат не доставил ей удовольствия.

— Стой на месте. — Лисса, опустившись на колено, быстрыми движениями прощупала окрестности раны прямо сквозь ткань рубашки.

— Так… понятно… наконечник зазубрен. Он тебе сильно мешает?

— Сейчас — нет.

— Тогда оставь его в покое, потом вырежем. Запаха нет, значит, яда в ране тоже.

— Яды на меня не действуют.

— Ы-ы, еще как действуют, — возразил гоблин. — Особые, канешна. Старый Ойхо первый был мастером по этому делу — варил, бывало, такую отраву, что и демоны от одного вида мёрли. Просто щас эти свиномордые не сразу поняли, что имеют дело с кровососом. Но честно пытались, верно?

— Плохо пытались.

— Ы-ы, тогда почему ты им бошки не посрывала? Прыг-скок, и все.

— Колдун.

— Шаман, — поправила китаянка. — Не очень сильный, но умелый и с хорошими амулетами. Я чувствую его магию — он держит наготове какое-то замедляющее заклятье.

— А толку? — гобл сплюнул. — Ну, теперь мы знаем, что у свиномордых кто-то шаманит. Вот если б ты могла чего-нибудь намагичить в ответку…

— Могла бы — сделала! — огрызнулась Лисса.

— Послушай, — начал я, — если ты перекинешься… мы с Толстяком попробуем отвлечь их, а вы с Венгой атакуете с флангов…

— …зайдете им в тыл, перережете пути снабжения и принудите к сдаче на капитуляцию! — перебил меня гоблин. — Эй-парень, кем ты тут себя вообразил, Билли Шерманом?

— У тебя есть лучшие идеи, зеленый?

— Да, и я их тебе уже высказывал.

— Заткнитесь! — неожиданно рыкнула Лисса. — Вы, оба! Дайте мне подумать.

Я пожал плечами и развернулся боком — так, чтобы видеть проход между камнями и как можно большую часть склона за ним. Особого проку в этом не было. Если орки решат обойти гору, все будет кончено быстро — мы окажемся без прикрытия, как на ладони. Впрочем, и это — лишнее. Как только у них окончатся выборы, новый вождь заорет: «Джеронимо!» — и нашу четверку попросту затопчут. И весь вопрос — скольких мы…