— Прекрасная идея! — воскликнула Франческа.

Единственное, что омрачало счастье Франчески, — это ситуация с Монти, который был арестован за убийство Хепберна и теперь ожидал суда, намеченного на ближайшее время. По городу ходили слухи, что его повесят. Она чувствовала, что ей необходимо повидаться с Реджиной, но что-то каждый раз останавливало ее от этого шага.

Через день, пока Нейл помогал своему товарищу, который временно лишился своего напарника, капитана баржи, Франческа делала покупки в городе. Она хотела купить как можно больше продуктов, так как со дня на день должны были вернуться отец, Нед и Лиззи, и она планировала приготовить в их честь роскошный обед. Франческа шла вниз по Главной улице, когда вдруг возле склада кормов увидела Эймоса Комптона.

Она не могла не воспользоваться этой возможностью и не узнать, как поживают многострадальные Реджина и Монти.

— Доброе утро, Эймос! — поприветствовала она его. Он грузил мешки с овсом и мякиной на телегу.

— Доброе утро, миссис Мэйсон, — безразлично ответил он.

— Как поживает Реджина?

— Не очень хорошо.

— Наверное, она волнуется за Монти, — предположила Франческа.

— Да. После смерти мужа она не знает, как дальше жить. Я за нее беспокоюсь.

— Ее многие навещают?

— Приезжают, но она никого не хочет видеть.

— Ей нужен друг, с которым она могла бы поговорить по душам.

Эймос согласно кивнул.

— Можно мне поехать с вами в Дерби-Даунз, Эймос? Я еще не знаю, что буду делать, но возможно, Реджине станет лучше, если она поговорит со мной.

— Конечно, — ответил он, — только не расстраивайтесь, если она не захочет вас видеть.

— Идите в дом, — предложил Эймос, когда они остановились возле веранды. Дом выглядел абсолютно безлюдным. — Я поставлю телегу в конюшню.

Франческа открыла входную дверь и позвала Реджину, но ей никто не ответил. В доме было необычайно холодно и тихо, как в мавзолее.

Франческа постучалась в дверь Реджины, но ей никто не ответил. Она постучала снова, на этот раз более настойчиво.

— Что там, Мейбл? — послышался усталый голос.

Франческа открыла дверь широко, чтобы видеть всю комнату.

— Это я, мама, — подала она голос. Рука потянулась к губам. Она не собиралась называть Реджину мамой. Слово само сорвалось с ее губ. — Это Франческа, — сказала она громче, надеясь, что Реджина не услышала слова «мама».

— Входи! — велела Реджина. Она полулежала на кровати.

Молодая женщина села в кресло. Реджина безразлично уставилась в окно.

— Как вы поживаете? — нежно спросила Франческа.

— Так себе, — ответила Реджина. — А как ты?

— У меня все замечательно. — Она вдруг почувствовала себя виноватой из-за того, что счастлива.

Реджина бросила на нее мимолетный взгляд, заметив, как она вся светится от любви. Она и без расспросов понимала, что у них с Нейлом все наладилось.

— Что привело тебя сюда?

— Я переживала за вас.

Реджину это тронуло.

— Как бы мне хотелось поменяться с сыном местами и вместо него взойти на эшафот, — сказала она, и ее глаза снова наполнились слезами, а губы задрожали.

— Вы не можете поменяться с Монти местами, Реджина. И вы не виноваты в том, что он сделал.

— Конечно, виновата. Если бы я сказала ему, что ты моя дочь, он бы так не ревновал тебя к Нейлу.

— Он обвиняет вас?

— Нет. Он говорит, что покорится судьбе, но я знаю, он страшится такой участи. — Ее голос зазвенел. — И я тоже. Я даже думать не могу о том, что… его повесят. Это так несправедливо.

Франческе было жаль Реджину, но она понимала, что только время может залечить ее раны. Она пересела из кресла на кровать матери и обняла женщину, а та, уткнувшись носом в ее плечо, зарыдала. В первый раз Франческа почувствовала себя ее дочерью.

— Мне лучше вернуться в город, — сказала Франческа спустя какое-то время.

Реджина кивнула и вытерла лицо смятым носовым платком. Франческа поняла, что Реджина не хочет, чтобы она уходила, но ей пора было возвращаться. Она не могла допустить, чтобы Нейл узнал, что она ездила к Реджине.

— Я буду молиться за Монти, — обещала Франческа, направившись к двери.

Реджина едва заметно кивнула и снова отвела в сторону печальный взгляд.

— Я не заслужила того, чтобы ты звала меня своей матерью, — прошептала она.

Франческа остановилась у двери и обернулась. Значит, Реджина все-таки слышала, что Франческа назвала ее мамой. Сквозь открытые двери на веранду Реджина наблюдала за облаками.

— И я не заслуживаю такого сына, как Монти…

Слезы подступили к глазам Франчески.