Джаро наблюдал за ней: «Ты задумалась. О чем?»

«О разных вещах».

«Например?»

«Мне приходят в голову странные мысли. Когда-то я хотела стать следователем-исполнителем и зарабатывать большие деньги, проницательно распутывая загадочные преступления, не поддающиеся пониманию обычных смертных».

«Тебе ничто не мешает этим заняться — если нам повстречаются загадочные преступления и тебе захочется их распутать».

Слегка улыбнувшись, Скирль покачала головой: «На Галлингейле, где я понимаю побуждения и отношения людей, может быть, я еще смогла бы выслеживать преступников. На других планетах у людей другие представления, верования, обычаи, устремления. Повстречавшись с Гарлетом, я больше не хочу иметь дело с ненормальными, склонными к насилию. Кроме того, теперь я замужем, у меня есть состояние, и мне незачем зарабатывать себе на жизнь».

«Отсутствие такой необходимости приятно сознавать», — заметил Мэйхак.

Скирль продолжала: «И все же, я не хочу бродяжничать вечно — по меньшей мере, не хочу только бродяжничать. Когда-нибудь я куплю сельский дом — может быть, на Галлингейле, а может быть и на Древней Земле — где мы сможем вырастить семью, где Гэйнг и Тоун смогут гостить, сколько захотят. Таким образом у всех нас будет какая-то база, куда мы всегда сможем вернуться и откуда, как только у нас будет подходящее настроение, мы всегда сможем улететь на «Фарсанге», вместе с детьми, к далеким неизведанным мирам. То есть мы сможем не только бродяжничать, но и подавать хороший пример детям. Как ты думаешь, Джаро?»

«Думаю, что это прекрасный план. Так что же — закажем еще вина? Или пора подумать об ужине?»