«Но только в том случае, если он не напал на горячий след банковского счета», — подумала Виктория, а вслух сказала:

— Вы его когда-нибудь спрашивали о ней?

— О ком?

— О вашей предшественнице.

— О, Викс, это старая история.

Викторию передернуло, когда она услышала одну из наименее любимых ею уменьшительных форм своего имени.

— Виктория, — тактично поправила она Дебору.

— Виновата, но такое обращение больше подходит доверительным отношениям.

Она рассказала, что Син Майкл любит прямолинейность и простоту.

— А что можно узнать о вас? — спросила она. — Вы не замужем, разведенная или, Боже сохрани, вдова?

— Не замужем, — ответила Виктория.

Ее голова все еще шла кругом от мысли, что Син Майкл способен в течение недели сменить одну девушку на другую. Голова шла кругом и от того, что девушка, проявившая пусть хотя бы некоторую глубину интеллекта, была так зачарована человеком, который в глазах Виктории выглядел не более чем хорошо отлакированной посредственностью.

— Не замужем? Это становится сейчас такой же редкостью, что и девственность, — отреагировала Дебора. Затем она извинилась на тот случай, если допустила бестактность своим замечанием. — Возьмите, например, меня, — рассуждала она. — Папу чуть не хватил удар, когда он узнал, что я вышла замуж.

Искренность Деборы умиляла Викторию.

— Сколько вы прожили с мужем? — спросила она, пытаясь представить себе мужчину, которого Дебора Шедмур повела к алтарю.

— Наш брак был короче срока, который он теперь отбывает за служебное преступление, — ответила она.

На какое-то мгновение Виктория подумала, что она шутит.

— Как только вся история всплыла, — продолжила Дебора, — папа аннулировал брак. Так что юридически его, вероятно, можно даже и не принимать во внимание.

— А что ваш отец думает о Сине Майкле?

— О, он, наверное, умер бы, если бы узнал об этом! Либо заточил меня в монастырь или увез куда-нибудь подальше до тех пор, пока я не пришла бы в чувство.

— Он, значит, не ведает, что вы встречаетесь с Сином Майклом?

Дебора рассмеялась.

— Полагаю, у него есть маленькая надежда на то, что я имею виды на Хантера. Иначе как бы я могла проводить так много времени в замке?

Хотя Дебора говорила об этом, посмеиваясь, Виктория испытала короткий укол необъяснимой ревности.

— Хантер — привлекательный человек, — заметила она.

— На мой вкус он слишком серьезен, — сказала Дебора. — Меня привлекают испорченные дети, которых я пытаюсь укротить. Вы понимаете, что я имею в виду? — Дебора задумчиво уставилась в пространство, уйдя на какое-то мгновение в личные воспоминания. — Это все равно, что просить вас держаться подальше от мотоциклов, поскольку они опасны, в то время как часть вашего естества страстно жаждет сесть на что-то смертоносное.

«Сказано совсем в духе Сина Майкла», — подумала Виктория.

— Но Хантер и Син Майкл ведь не уживаются друг с другом? — как бы случайно бросила она приманку, надеясь, что Дебора прояснит ей причины вражды между двоюродными братьями.

— А что думаете вы по этому поводу? — последовал ответ.

— Я никогда не…

Дебора тут же прервала ее:

— Послушайте, я не утверждаю, что Син Майкл живет на хлебе и воде или что-то в этом роде. Но он заслуживает гораздо лучших условий, чем те, что обеспечил ему Хантер после всей этой истории.

— Что вы имеете в виду?

Дебора покачала головой.

— Извините, лапочка, но даже не пытайтесь вынудить меня обсуждать это. Они, а не мы должны беспокоиться о решении этой проблемы.

— Не совсем согласна, — настаивала Виктория, страстно желавшая услышать побольше. — Меня интересует, что вы думаете.

— Я думаю, — сказала Дебора, — что Хантеру следовало оставить все так, как было. Я также думаю, что он должен был оставить замок в Ирландии, где тот великолепно смотрелся на утесе.

Виктория уже чувствовала, что вот-вот узнает нечто новое.

— Как вы думаете, почему Хантер перевез его сюда? — осторожно спросила она. — Я узнала, что он снес для этого другой свой дом.

Дебора лениво собрала с тарелки остатки соуса Бернса.

— Кто знает? — вздохнула блондинка. — Когда в дело замешана женщина, мужчины способны на глупейшие поступки…

Виктория так и не выяснила, что стояло за таинственным замечанием Деборы: Дебора сменила тему беседы и стала рассказывать о своей страсти к лошадям и интересе к миру скачек. «Она что-то знает», — мучилась Виктория, с трудом понимая, что говорит блондинка. Знает это, очевидно, и Син Майкл, если только сделанное им в библиотеке предупреждение имеет хоть какой-то смысл.