Рубио ходил от тела к телу, с мрачным видом составляя перечень имён мертвецов. Он наткнулся на командира и остановился.

(Рубио):Ракицио… Ему перерезали горло.

Пожиратель Миров указал в сторону теней, на тела, лежащие в озере пролитой крови.

(Варрен):Я вижу там золото. Хотя Корарин, похоже, перед смертью забрал с собой некоторых предателей.

(Гарро):Что за бесчестная война породила эту резню?! Это так Хорус хочет заявить права на Трон? У нас так не принято! Это беспринципно!

(Рубио):Я… Я не…

Псайкер, который шёл к телу кустодия, застыл, напрягаясь. Его голова внезапно дернулась, и он уставился в густые тени.

(Рубио):Мы… не одни.

Из тьмы на дальних краях помещения вышли фигуры в белых боевых доспехах с огненно-красной каймой. Судя по числу, здесь были все воины, что имелись у Хакима на борту "Засечки Кинжала", все собрались здесь для этой последней схватки.

(Хаким):Что не так, ведьмачья душа? Ты не учуял, что мы тебя поджидаем? Твои сверхъестественные способности были сбиты с толку?

Он лениво кивнул на одного из своих воинов, который крутил между бронированными пальцами своей латной перчатки ещё один серебряный медальон.

Меч Варрена вспыхнул, пробуждаясь к жизни, и Пожиратель Миров шагнул вперёд, но Гарро удержал его. Его собственный клинок уже был у него в руке.

(Гарро): Ты это учинил, Хаким. Над своими собратьями! Как ты можешь это оправдать? Как ты можешь жить, имея на совести такой поступок?

(Хаким):Легко. А скольких легионеров убил ты, Гарро? Воинов, вместе с которыми ты мог в былые годы ходить в битву?

(Гарро):Слишком многих. Но! Я никогда этого не желал. И вместе с каждым, с кем я сражался, потеряна часть моей души.

(Хаким): Какая сентиментальность! Не думал, что Гвардеец Смерти способен на подобную вещь…

(Гарро):А я не мог поверить, что Белый Шрам способен на такое зверство!

Он гневно указал на сцену побоища везде вокруг них.

(Гарро):Почему, Хаким? Скажи мне, почему?

Легионер кивнул своим людям, и они рассыпались в редкую цепь, блокируя все пути побега и окружая трёх воинов. Его манеры изменились, наполняясь беспощадной страстностью.

(Хаким): Ты уже знаешь ответ, Гарро! Ты был на Исстване III, ты видел ту абсолютную решимость, что продемонстрировал Хорус, ту дальновидность…

(Варрен):Ты так это называешь?

(Хаким): Хорус Луперкаль — первый среди равных, он Воитель! Если он хочет Галактику, то он её получит. Его победа неизбежна, она неоспорима! Старый порядок впал в застой, время Императора истекло!

(Гарро):Как ты можешь в такое верить?!

(Хаким): Я это знаю, также как я знаю Хоруса! Мы служили бок о бок с XVI Легионом. В них многое заслуживало восхищения! У нас с ними схожие сердца, такие же свободные души, противящиеся тем, кто хочет подрезать нам крылья, как твой хозяин Сигиллит и так называемый Совет Терры. Администраторы и счетоводы, диктующие лучшим из воинов, в какую им сторону идти? Тьфу! Такому не бывать! Легионы Астартес — властелины своей собственной судьбы! Хорус приведёт нас к победе!

(Рубио):Так Белые Шрамы отвергли власть Императора? Джагатай-хан отрёкся от своего отца?

(Хаким): Нет. Прискорбно, но мой примарх всё ещё ослеплён ложью Императора. Многим из моих боевых братьев лишь предстоит узреть ту самую истину, которую уже понял я. Но это в конце-концов произойдёт, а если нет…

(Гарро): Хан никогда не встанет под знамёна Хоруса! Если ты веришь, что такое возможно, то ты введён в заблуждение. Отринь это безумие, Хаким, прежде чем оно тебя прикончит! Ложи тебя замарали, но! Ты всё ещё можешь искупить содеянное!

(Хаким): Раскаяться — ты это имеешь ввиду? Как какой-нибудь религиозный еретик?

[Хаким хохочет]

(Хаким): Я не отрекусь от своих слов, я скрепил их кровью. Мои воины идут тем же путём. Экипаж "Засечки Кинжала" следует за мной. Лишь ты стоишь у нас на пути.

Хаким опустил свой меч, так что его кончик коснулся палубы, и протянул свою руку. Она медленно сжалась в кулак.

(Хаким): Я бы предложил тебе возможность присоединиться к нам, но я знаю, что ты никогда этого не сделаешь. Я вижу тебя насквозь, Гарро, я вижу, как ты купаешься в блеске Императора, словно это какое-то святое сияние. Ты не откажешься от него никогда, и если, когда придёт момент, мои боевые братья из V Легиона скажут так же, их тоже предадут мечу, как Корарина и Ракицио! Даже сам Великий Хан, откажись он преклонить колени перед Воителем, не получит пощады!