её за волосы, насаживая на себя резче, глубоко дыша. Она

позволяет это делать, руками помогая мне задохнуться на хрен.

— Блять, малышка, — отчаянный рык из моего горла и

кончаю прямо в неё. Как будто месяц был на воздержании.

Выпивает до конца, но не хочу останавливаться. Не даю

разуму проснуться и озлобиться на неё. Хватаю её и сажаю на

себя, поднимая платье, и ощущаю на её губах вкус своей спермы.

Заводит сильнее, и я готов для нового путешествия в этот мир

полный грязной развратной Ливи.

Разрываю её трусы, и ощущаю под руками истекающую от

смазки плоть. Два пальца входят в её лоно и тут же исчезают, и

она издаёт громкий стон в мой рот.

— Ливи, твою мать, — хриплю я под её губами, руками

сжимая шею, а она трётся о мой член, пытаясь разрядить

собственное тело.

Вошёл в неё, и услышал вздох полный наслаждения. Мои руки

обхватывают её спину, и она начинает двигаться быстро и жадно

трахая меня.

Стянул лямки её платья и губами нашёл сосок, втянув в себя,

пока девушка на моих коленях извивается и кричит.

Плотные стенки облегают мой член. Сошёл с ума, спятил от

жара внутри. Открыл глаза, чтобы запомнить этот момент. Боже,

как люблю её. Полыхающие щеки, закрытые глаза и раскрытые в

быстром дыхании губы.

— Гарри, — отчаянный стон мольбы.

Переворачиваю её на сидение и ускоряю движения. Губы

находят её трепещущие. И по новой: зубы, языки, сплетенные

друг с другом, и дыхание сбивчивое, общее. Одной рукой она

опирается о дверь машины, и сама делает движения навстречу

мне. Отзывчивость приказывает сдаться.

Тугая, мать твою, какая тугая и сладкая. Сжимаю руками её

голову и делаю один резкий толчок и чувствую вибрацию внутри.

Руки подхватывают бьющееся в конвульсиях тело, делаю

несколько метких ударов теперь для себя.

Кончил, прохрипев её имя в волосы, и прижал к себе, пока два

наших тела упиваются этой минутой.

Стекла в машине запотели от эпизода в жизни, а я вдыхаю

аромат вокруг нас, терпкий и уже знакомый. Минуты проходят в

ванильной романтике.

Лив перебирает волосы на голове, пока я пытаюсь вспомнить,

зачем мне кислород. Ощущаю робкий поцелуй в шею, и

улыбаюсь.

— Гарри, — прошептала Лив, и я приподнялся, наслаждаясь

её красотой.

— Что, малышка? — убираю прядь мокрых волос, прилипших

ко лбу.

— Я…я, — появляется складка на её лбу, это означает, что её

разум возвращается.

Нет. Не сейчас. Не дать ей снова отдалиться от меня!

— Ливи, поехали домой? — перебил я её и получил

благодарственную улыбку.

— Вместе? — прищурив глаза, блеснувшие хитрой лисьей

закалкой, уточнила она.

— Вместе, малышка, вместе, — я глубоко вздыхаю. Обречён.

Обречён знать, что никогда не сможем быть вместе.

А вдруг? — закрадывается мысль. — Для этого она должна

полюбить тебя, ведь когда-то любила.

Когда-то, — горестно хватаюсь за слово из своего монолога.

Лив приподнимается и касается моих губ. Поцелуй

первоклассников, но в нём столько таинства, что я улыбаюсь под

её мягкими прикосновениями, и крепче обнимаю её.

— Будь со мной, — само сорвалось с языка.

— Гарри, напомню, ты ещё во мне, — рассмеялась она и

уткнулась носом в мою шею, опаляя своим дыханием кожу.

Не поняла? Или не захотела?

— И, чёрт возьми, это хорошо, — признаюсь я, и слышу

довольный смех.

— Мне тоже.

— Может, а ну его домой? Будем жить в машине? — откуда

берётся, вообще, эта херня в моём мозгу?

— Я спать хочу, Гарри, — жалобно говорит девушка, и я

поднимаю на неё голову.

— Со мной? — теперь моя очередь уточнять.

— На тебе, — кивает она и начинает ёрзать подо мной, чем

заставляет уже уставший орган проснуться.

— Продолжай в том же духе и точно будем жить на парковке

у клуба, — предупредил я её.

— Гарри, — смутилась она и отвела секунду назад блестевшие

от радости глаза.

— Встаю, встаю, весь кайф обломала, — обречённо произнёс