в Лондоне квартира? Или он живёт у какой-то девушки?

Я отодвинула от себя подальше мысли такого рода и снова

упёрлась взглядом в дверь. Почему мне становится с каждой

минутой так страшно? Кожа покрывается болезненными

мурашками. Ощущения, что я жду приговора…Возможно, это так

и есть. Я жду подтверждения слов Гарри, только после этого я

решу, как мне с ним поступать.

Ненависть к нему ещё жила в моей душе, но теперь по

соседству поселилась жалость.

До ушей донёсся звук открываемой двери, и я моргнула,

концентрируя зрение на входящем. Вот появился большой чёрный

дизайнерский чемодан, а вслед за ним мой родной человек. Всё

такой же красивый, с тёплой улыбкой на его открытом

модельном лице.

Горло сжало так сильно, что я не могла вздохнуть, к глазам

подкатилась волна горьких слёз, я бросила к нему, чуть не

поскользнувшись на полу, и упала в распахнутые объятья брата.

— Ливи, девочка, что такое? — тихо шептал он, обнимая меня

и гладя по голове.

— Просто соскучилась, — всхлипнула я, вдыхая его свежий

цитрусовый аромат.

— Я тоже, сестрёнка, — рассмеялся Луи. — Но такого

эмоционального приёма я не ожидал.

— Прости, — я быстро вытерла слёзы и попыталась

улыбнуться, сделав шаг от него.

— Пошли, я буду разбирать вещи, а ты мне всё расскажешь,

— уверенно сказал он.

— Может, ты голоден? Я попрошу Дороти…

— Нет, я объелся в самолёте, и мне нельзя форму потерять.

На носу крупный заказ, — покачал он головой и, взяв меня за

руку, а другой рукой чемодан мы в тишине поднялись по лестнице

в самую первую комнату слева.

Его спальня была в скандинавском, белоснежном стиле. Она

отличалась от спальни Гарри, которую я сегодня осмотрела. У

брата она была светлая, как он сам. В то время как у Гарри была

комната полная обещаний страстной ночи. Тёмная кровать на

пьедестале с тёмно-синим постельным бельём, стены выкрашены

в несколько оттенков серого. Это было логово вампира,

заманивающего своих жертв к себе, искушающего их и затем

смертельно ранящего. Да, это был один в один стиль Гарри.

— Итак, рассказывай, — прервал Луи мою красочную

картинку в голове Гарри-вампира в стиле «Сумерек».

— Ты прилетел раньше, — отстранённо начала я.

— Да, как только окончил съёмки, — улыбнулся брат,

расстёгивая чемодан.

— Понятно, — почему-то духа не хватало обвинить такого

родного в том ужасе, который рассказал Гарри.

— Ливи, ты плакала. В последний раз ты ревела…

— Давно, — перебила я его, а он прищурил глаза, изучая

меня.

— Гарри? Снова он? — зло спросил он.

— Не совсем, — покривила я душой.

— Так, я сейчас позвоню ему и…

— Нет, подожди, — я остановила его, как только он достал

свой телефон из заднего кармана джинс.

— Это правда, что ты сказал Джулс о том, что Гарри

наркоман, и из-за тебя его отправили на лечение? —

зажмурившись, выдала я.

В комнате повисла тишина, а я открыла осторожно глаза,

встречаясь с побледневшим лицом Луи, который, как мне

показалось, даже забыл, как дышать. Моё сердце вновь заболело

от этого мучительного ожидания, что я, уже не сдерживая в себе

накал, крикнула:

— Отвечай, Луи, ты соврал этой девочке, что он наркоман?

— Он это рассказал тебе? — подал голос брат, опускаясь на

пол рядом с чемоданом.

— Да, он открыл мне правду, почему он тогда прочитал моё

письмо, из-за тебя, — сейчас я обвиняла Луи во всех смертных

грехах.

— Я не говорил, что Гарри наркоман. Я сказал, что он

балуется травкой, и это было правдой, — тихо произнёс парень,

смотря на свои кеды. — Потом я попросил прощение у него и

сказал Патриции, что это всё ерунда, но она всё равно заставила

Гарри сдать анализ на дозу наркотиков в крови.

— Но он не был наркоманом, Луи. Я ведь тоже там была, хоть

и маленькая, но я помню только сигареты, — нервно сказала я.