И самое главное, искать утешения она могла только у человека, который и причинил ей эту боль.

Подойдя к кровати, Мэгги подняла руку и легко коснулась головы Джеми. А ведь ему пора стричься, подумала она, заметив, что отросшие волосы начинают слегка курчавиться на шее. Джеми продолжал спать как ни в чем не бывало, закутавшись в одеяло и повернувшись к ней спиной. Знакомая поза… Правда, они никогда не спали обнявшись – Джеми утверждал, что так ему слишком жарко, да и Мэгги не любила, когда во сне что-то стесняло ее непроизвольные движения, но сейчас его спина имела какой-то уж слишком отрешенный, неприступный вид.

Не спина, а стена.

Вчера, когда, проводив гостей, они ложились спать, Мэгги подумала, что ей стало бы намного легче, если бы вечер завершился бурным сексом. Она, однако, не любила и не умела проявлять инициативу в этих делах, а Джеми ничего не предложил и не предпринял никаких действий, на которые она могла бы ответить со всем жаром своей страдающей души. И вот теперь ее новая грация аккуратно лежала на сиденье стула, тогда как всего десять дней назад они просто швырнули ее куда попало. На спинке стула висели и чулки – еще вчера туго натянутые, а сейчас одрябнувшие и обмякшие, хотя все еще частично сохранявшие форму ее бедер.

Наверное, эротическое белье – это все-таки не мой конек, грустно подумала Мэгги.

Какое-то время спустя Джеми все же повернулся на спину и открыл глаза. На мгновение в его глазах отразилось недоумение, но потом до него все же дошло, что она плачет.

– Извини, ладно? – проговорил он, смахивая слезы с ее лица кончиками пальцев. Его голос прозвучал достаточно искренне, словно Джеми и в самом деле сожалел, что заставил ее страдать. – Заварить тебе чаю? – добавил он, все еще не зная, как исправить положение.

Это, конечно, не была та физическая близость, которой так жаждала Мэгги, но, по крайней мере, это было что-то, и она с признательностью кивнула.

После легкого завтрака Джеми с Натаном отправились на улицу, чтобы погонять мяч, а Мэгги решила немного пробежаться. Она убедила себя, что физические усилия помогут ей прийти в себя, да и торчать в четырех стенах ей было невыносимо. Мне необходимо сменить обстановку, думала Мэгги, к тому же если я стану бегать вокруг спортплощадки, то смогу смотреть, как они играют.

И она отправилась одеваться.

– Мама! – закричал Натан, едва завидев ее. – Посмотри на меня скорее!

Она посмотрела. Сын сосредоточил все свое внимание на футбольных «воротах», которые изображала пара брошенных на траву старых кроссовок. Почувствовав ее взгляд, он разбежался и со всей силы ударил ногой по новенькому мячу, который накануне привезла ему Джин. Джеми, несомненно, догадался, как важно для мальчика забить гол на глазах у матери, поскольку метнулся в сторону, противоположную той, куда летел мяч. Мгновение спустя мяч прокатился в ворота мимо его ног – не слишком быстро, и тем не менее это был настоящий гол.

– Ур-ра! – в восторге завопил Натан. – Папа не поймал! Не взял пенальти!

– Ну и ну! – пропыхтел Джеми, с трудом поднимаясь с земли и потирая колени. В последнее время он немного утратил спортивную форму, поэтому приземление после прыжка вышло жестковатым.

– Отличный удар! – похвалила Мэгги и даже захлопала в ладоши, продолжая, впрочем, бежать на месте. – Папа действительно промахнулся.

Джеми подобрал мяч и пинком отправил на противоположный конец спортплощадки. Натан помчался за ним. Догнав мяч, он развернулся и довольно ловко повел его назад, к воротам, на бегу комментируя свои действия:

– …Лэмпард… получает мяч от защитников и рвется к воротам противника… – быстро говорил он, и Мэгги без труда узнала скороговорку спортивного комментатора с Пятого канала. – …Лэмпард обходит Артету… Обманный финт, и Дьяби тоже остается не у дел. Мяч по-прежнему у Лэмпарда… Какой великолепный рывок! Он обходит Гиббса, теперь перед ним только вратарь! Лэмпард бьет… – Натан пнул мяч ногой, но в ворота не попал. – …Да-а-а, сегодня Лэмпард явно не в форме!..

Мэгги не выдержала и рассмеялась. Ей очень нравилось смотреть, как муж играет с сыном: в эти минуты Джеми сам становился мальчишкой, и она любила его особенно сильно. Еще немного погодя Мэгги побежала дальше, чувствуя, как неуклонно поднимается ее настроение. На бегу она думала о том, что давно заметила: каждый раз, когда Джеми и Натан играли в футбол, муж непременно позволял сыну выиграть у него один-два мяча. Когда же наступал черед Натана стоять на «воротах», Джеми всегда настаивал, чтобы тот немного сдвинул обозначающие боковые штанги кроссовки: он говорил, что так будет честно, потому что Натан меньше ростом, но Мэгги подозревала – это делалось для того, чтобы мальчику было легче перехватывать отцовские мячи. Со стороны Джеми это было большой жертвой, поскольку проигрывать он терпеть не мог. Пожалуй, Натан был единственным человеком на свете, которому Джеми охотно позволял продемонстрировать свое превосходство.

Пробежав шесть кругов по своему обычному маршруту, Мэгги собиралась уже вернуться домой, но ей вдруг захотелось пробежать мимо дома Джорджи, чтобы посмотреть, не остался ли Алекс у нее на ночь. Увы, пробегая мимо знакомого коттеджа, она не заметила знакомой машины ни во дворе, ни на улице. Значит, решила Мэгги, он либо не стал оставаться у Джорджи, либо уехал очень рано.

Сама Джорджи, впрочем, была дома. Несмотря на сравнительно ранний час, она уже работала в саду, выпалывая сорняки с цветочных клумб.