Как бы там ни было, это был тест. Однажды ночью Арт пошел на кухню, чтобы выпить перед сном стакан молока, и, минуя маленькую комнатку рядом с обеденным залом, увидел, как несколько человек, старых и молодых, смотрели видеозапись их с Фортом утренних упражнений. Арт вернулся в свою комнату в глубоких раздумьях.

На следующее утро Форт по своему обыкновению кружил по конференц-залу.

– Новые возможности для роста больше не появляются.

Сэм и Макс быстро переглянулись.

– Это то, к чему приводит мышление полного мира. Мы должны определить новые растущие рынки и выйти на них. Теперь вспомните, что природный капитал может быть разделен на отчуждаемый и неотчуждаемый. Неотчуждаемый капитал – субстрат, из которого появляется весь отчуждаемый капитал. Учитывая его нехватку и преимущества, которые он дает, имеет смысл, опираясь на обычную теорию спроса и предложения, установить его цену как бесконечную. Я заинтересован во всем, что имеет теоретически бесконечную стоимость. Вот она – очевидная сфера инвестиций. По сути, это инвестиции в инфраструктуру, но на самом базовом, биофизическом уровне. Инфра-инфраструктура, так сказать, или биоинфраструктура. И это то, чем, по моему мнению, стоит заняться «Праксису». Мы приобретаем и перестраиваем любую биоинфраструктуру, которая была исчерпана и уничтожена. Это долгосрочные инвестиции, но прибыль будет фантастической.

– А разве большинство биоинфраструктур не находятся в государственной собственности? – спросил Арт.

– Находятся, и это означает необходимость тесного сотрудничества с государствами. Годовой валовый продукт «Праксиса» больше, чем таковой у большинства стран. Все, что нам нужно, – находить страны с маленьким ВНП [15] и плохим ИБС.

– ИБС? – переспросил Арт.

– Индекс будущего страны. Это альтернативное измерение ВНП, принимающее в расчет долги, политическую стабильность, состояние окружающей среды и все такое прочее. Полезный инструмент двойного контроля ВНП, он помогает вычислить страны, которым могла бы пригодиться наша помощь. Мы их находим, идем к ним и предлагаем большие инвестиции капитала плюс политическое руководство, безопасность, все, что им нужно. Взамен мы берем под опеку их биоинфраструктуру. Мы также получаем доступ к их рабочей силе. Это очевидное партнерство. Думаю, это станет следующим шагом.

– Какая роль отводится нам во всем этом? – спросил Сэм, обводя рукой группу.

Форт переводил взгляд с одного на другого.

– Я думаю дать каждому из вас свое назначение. Я хочу, чтобы вы хранили его в тайне. В любом случае, вы разъедетесь отсюда по одному в разные места. Вы будете заниматься дипломатической работой как посредники «Праксиса», а также станете выполнять особые задания, связанные с инвестициями в биоинфраструктуру. Я изложу детали в частной беседе. А теперь давайте пообедаем, после чего я встречусь с каждым из вас.

«Дипломатическая работа!» – записал Арт в своем планшете.

Он провел день, бродя по садам и разглядывая выращенные на шпалерах яблочные кусты. Очевидно, в списке личных встреч Форта Арт стоял далеко не первым, но ему было все равно. День выдался облачный, цветы в саду были мокрыми и яркими. Похоже, будет сложно вернуться в его студию под автострадой в Сан-Хосе… Интересно, что делает Шэрон, думает ли она о нем? Без сомнения, она отправилась в плавание со своим вице-председателем.

Солнце почти садилось, и он как раз собирался вернуться в свою комнату, чтобы переодеться к ужину, когда на центральной дорожке показался Форт.

– А, вот вы где, – сказал он. – Давайте пройдем вниз, к дубу.

Они сели у могучих корней дерева. Солнце пробивалось сквозь низкие облака, и все окрашивалось в розовые цвета.

– Вы живете в красивом месте, – заметил Арт.

Форт, казалось, не слышал его. Он смотрел в подсвеченные тучи, клубящиеся над головой.

После нескольких минут созерцания он сказал:

– Мы хотим, чтобы вы приобрели Марс.

– Приобрел Марс, – повторил Арт.

– Да. В том смысле, о котором я говорил этим утром. Все эти национальные и транснациональные партнерства – вещь преходящая, без сомнений. Старая традиция плавать под выгодным флагом неприлична, но мы должны придерживаться ее, чтобы получить больший контроль над нашими инвестициями. Мы проделали это на Шри-Ланке и добились такого успеха, что нашему примеру последовали все крупные транснационалы, принявшись собирать под свои флаги все нуждающиеся в поддержке страны.

– Но Марс не страна.

– Нет. И это проблема. Когда разбился первый лифт, экономика Марса обрушилась. Теперь установлен новый лифт, и на подходе большие события. Я хочу, чтобы «Праксис» был на гребне волны. Конечно, все прочие большие инвесторы тоже будут конкурировать за эту позицию. Теперь, когда новый лифт готов, борьба лишь усилится.

– Кто управляет лифтом?

– Консорциум, возглавляемый «Субараси».

– А это не проблема?

– Это выводит их вперед. Но они не понимают Марса. Они думают, это просто новый источник металлов. Они не видят возможностей.