И что еще за дьявольщина такая этот мешиноспидаль? Уховертка все еще не работала; возможно, ее предстояло полностью заменить. Но слово звучало очень похоже на…

Он рывком поднял с груди использованный сверток срочной помощи и поднес его ко все еще неподвижному лицу, чтобы прочитать инструкцию.

Она была напечатана на гэлактическом.

Спаситель оказался Гончим Ардри.

Домино Тайт рассмеялся. Впрочем, в эту минуту он был готов принять помощь от кого угодно, не задавая лишних вопросов. Он позволил ветру подхватить обрывки упаковки, и та умчалась по направлению к Рыбной улице.

— Тина, — вновь произнес Тень.

Воздух вдруг задрожал, и рядом с ним появилась женщина, одетая лишь в накинутый на плечи плащ. Ее рот испуганно округлился, и она присела рядом, осматривая рану.

Возможно, Домино Тайту все это только мерещилось. Вначале он встретил Гончего там, где никаких Гончих быть не могло; теперь вот из ниоткуда появилась женщина.

— Тина! — с трудом выдавил он.

— Я же говорила тебе, что, если окажешься в беде, всегда можешь меня позвать. И не стоило так тянуть время, мой милый.

Она распахнула плащ и накрыла его, а затем Домино Тайта снова поглотила тьма.

Ошуа Ди Карнатика привел «Черного коня» на высокую орбиту Юц’ги и теперь сидел в капитанском кресле на мостике. Равн и Донован расположились по обе стороны от него. Поправивший здоровье Манлий возвратился на собственный корабль и уже был на пути к Центурианским Солнцам, где ему предстояла встреча с Даушу.

Юц’га являлась важным узлом в сети межзвездных «труб», и в ее порту всегда было полно кораблей. Но с парковкой проблем не возникало, ведь у «Длинной Луны» хватало ангаров, и буксиры обслуживали долгосрочные стоянки, тянущиеся вдоль всей первой стационарной орбиты.

Но Тени никому, кроме доверенных Сорок, не дозволяли прикоснуться к своим кораблям. Ошуа приказал Первому «застолбить место» и проверить, кто еще находится на планете.

Домино Тайт и Пендрагон Джонс. Гидула. Большой Жак.

— Не многовато ли посетителей? — прокомментировал Донован.

— Юц’га — крупный узел, — сказал Ошуа. — Через него проходит много людей.

— Мне казалось, Большой Жак собирался охотиться на Екадрину, — произнесла Равн.

— Так и было. И либо он сдался, либо…

— Либо нет. Ее корабль здесь?

— Явно? Нет. — Ошуа бросил экран на стол. — Но есть тут один корабль, не подающий позывных. Хотя, может быть, это и обычный курьер, пытающийся скрытно проскочить мимо.

— Не нравится мне все это, — сказала Равн. — Мы начинаем гоняться друг за другом.

Ошуа повернулся в кресле, чтобы взглянуть на нее.

— Люди сняли очки. И на нашей стороне, и на их. Екадрина же, скорее всего, просто хочет лично встретиться с Пендрагоном.

— Я не о ней говорю, а о Большом Жаке. Да, бывало, попытка уничтожить или защитить ресурсы сталкивала нас лбами. Но вначале Манлий пошел по душу Эпри, а теперь Большой Жак выслеживает Екадрину… и это уже совсем не похоже на падарм.

— Все в порядке вещей, — проскрипел человек со шрамами. — Для того чтобы джентльменские соглашения выполнялись, необходимо наличие джентльменов.

— Что же, Юц’га — большая планета, — сказала Равн. — Думаю, они все собрались не в одном и том же округе, не говоря уж про город.

— Не искушай судьбу, Равн, — проворчал Ошуа Ди. — А то еще соберет их всех вместе, просто чтобы посмеяться над тобой. Первый!

— Да, наставник? — повернулся в диспетчерском кресле Сорока.

— Отслеживай каналы Домино Тайта и Большого Жака. И за Гидулой присматривай тоже. Займись проверкой других каналов, ищи Пендрагона и Екадрину. Если понадобится, можешь реквизировать сеть спутниковой связи «Юц’га Юнион». Постарайся отследить и их личные спутники. Если что-то найдешь, сразу давай знать. Мне не нравится, к чему все это идет, и вслепую действовать не хотелось бы. Равн, Геш, увидимся за обедом. Впрочем, если что-нибудь случится раньше, я вас позову.

Выйдя с мостика в серо-золотой коридор, Равн взяла Донована под руку.

— По-ойдем, до-орохуша, — сказала она, уводя его в сторону зоны отдыха. — Мо-ожет, по-осидим, по-обо-олтаем. А там, глядишь, я и по-озво-олю тебе делать со-о мно-ой все, что-о захо-очется.

Донован позволил себя вести.

— На твоем месте я был бы осторожнее с такими мечтами, ведь ты же не знаешь, чего именно мне может захотеться. Что, внизу ожидается серьезная заварушка?

— Заварушка? Еще о-одно-о террансхо-ое сло-овечхо-о? До-олжно-о быть, ты имеешь в виду драху, «схватку на о-оружии». — Ее губы изогнулись, обнажая белоснежные зубы. — Все будет хо-оро-ошо-о. О-ошуа о-отзо-овет До-омино-о, и то-ому не надо-о будет драться с Пено-ом. Да и Жак, надеюсь, не найдет Екадрину до-о ее о-отлета. Планета-то-о бо-ольшая, верно-о?

— Нет, — покачал головой Донован. — В конце нас ждет одна большая куча дерьма, и мы будем в самом ее центре.

— О-оптимизм из тебя так и хлещет… Но-о мы не дадим тебя в о-обиду. Ты слишхо-ом ценен, что-обы тратить тво-ои силы на тахую чепуху.

— Что-то меня не оставляет предчувствие, что, когда вы решите их все-таки потратить, ситуация будет запредельно отвратной.

Она потрепала его по щеке свободной рукой.

— Ну а для чехо-о еще нужны лучшие из лучших?

— Не хочу сказать, что я совсем развалина, но…