— Жир ему в голову ударяет от постоянного спанья — вот как я думаю,— уверенно сказал Матти.— Я когда два дня подряд сплю, так ни ног, ни рук не чувствую… И голова как чужая.

— А почему бы тебе не продать ему эту овцу за одну копейку?—спросил Кумоха и широко улыбнулся.

Торговец посмотрел на высокого Кумоху, по-прежнему державшего соху на плече, с некоторым сожалением: мол, вымахал с версту, а ума нет.Матти и Мокки, перехватив взгляд владельца овец, расхохотались.

— А давай я твоих овец так выгодно продам, что век меня помнить будешь! — попросил Кумоха у торговца.

— Покупаешь сам, что ли? — торговец опасливо покосился на хохочущих рыбаков.

— У меня добра — два лаптя, да и то один с дырой,— усмехнулся Кумоха.— Ты что, боишься обману?

— Никого я не боюсь,— сказал торговец.— Вот Нийкоя я знаю, ему поверю. Пусть скажет!

— Ну ладно, спасибо хоть про меня-то доброе слово у тебя нашлось,— хмыкнул Нийкой.- Кумоха все равно что брат мой. Я ему верю, как себе,

— Хочу над семейкой Тайпо посмеяться, вот и все дело,— объяснил Кумоха.— Сейчас этот лежебока Юсси сюда отца или дядюшку притащит… Вот и потешимся над ними.

И верно, из дома младшего Тайпо вышло на улицу целое шествие. Впереди — купец Тайпо. За дядей семенил Юсси.

А за Юсси двигался человек, похожий на утес, громадный, широкий. Волосы у него были бурого цвета, словно голову покрыли большим куском медвежьей шкуры. Великан шагал очень осторожно, словно боялся, что земля под ним провалится.

— Э-э, сам кузнец Сийла у Тайпо гостит! — произнес с почтением Мокки.— Сильный человек кузнец Сийла. И цену своей силе знает.

Кумоха снял наконец соху с плеча, пригладил светлые волосы.

— Парень — что барин, нос —как фонарик!—закричал кто-то из ребятишек кузнецу.

Толстый, мясистый нос Сийлы действительно был ярко-пунцового цвета.

— Парень — что барин…— снова начал дразнилку мальчишка.

Но рука медлительного Сийлы вдруг неожиданно сделала молниеносное движение, и мальчишка получил звонкий шелчок по лбу.

— Послав двух глупцов по делу, следи за ними, чтобы не оказаться третьим.— Матти подмигнул Сийле, но кузнец ответил на шутку лишь мрачным взглядом.

— Как стал Сийла с богатеями якшаться,—сказал Байкой,— так и улыбаться перестал.

— Вот он надо мной смеялся.— Юсси показал на торговца овцами.— Не хотел ярочку продать!

Несмотря на то что солнце пригревало не по-осеннему тепло, купец Тайпо накинул на плечи шубу, подбитую мехом. И для того чтобы все вокруг стоящие эту шубу могли рассмотреть без помех, он то запахивал ее полы, то распахивал, то делал вид, будто она сползает у него с плеча, и вновь накидывал.

Сийла поднял большую, темную, похожую на копченый окорок ладонь и спросил сиплым басом:

— Зачем сына богатого хозяина обижаешь, а?

— А ты откуда знаешь, что его обижали? — спросил Кумоха.— Ты здесь был?

— Несмышленыш врать не умеет,— пояснил Сийла.

— Кто несмышленыш?—захныкал, обиделся Юсси.— Почему несмышленыш? Дядя, зачем он меня несмышленышем дразнит?

— Не лезь, Сийла!—важно сказал Тайпо-младший.— Мой племянник, мне и разбираться.

— Одно слово может затеять десять драк! — произнес Кумоха.— А дело вот как было. Юсси хотел купить овцу. Но они с торговцем не поняли друг друга. Эти овцы продаются только вместе. Их двадцать. Одна стоит одну копейку. Вторая — две копейки. Третья — четыре копейки…

Торговец всплеснул руками и раскрыл было рот, чтобы крикнуть, остановить Кумоху, но Матти вовремя его одернул, прошептал:

— Кури трубку и не мешай, овечья твоя душа, настоящей торговле! Тебе же добра хотят! Если Тайпо этой шутки не знает, то здорово заглотает крючок!

— Каждая последующая овца стоит вдвое дороже — только и всего,— весело продолжал Кумоха.— Потом копейки сложим вместе — вот и цена за всех готова!

— Четвертая овца — восемь копеек, пятая — шестнадцать…— бормотал Тайпо.— Гм… гм…

— Я, пожалуй, куплю всех,— громко сказал Сийла.— Сколько нужно платить?

— Наш Юсси уже давно сторговал их! — отчеканил Тайно.— Первое слово — мое. Я покупаю.

— Оставьте ему пять рублей задатка,— сказал Кумоха.показывая на хозяина овец.— А уж дома все точно сочтете. Не тут же, на площади, при всем народе, копейки считать такому уважаемому купцу!

— И то правда.— Тайпо, откинув полу шубы так, чтобы все увидели янтарный мех хорей, достал золотую пятерку и вручил ее бледному от испуга торговцу.