— Вот он побег из зоопарка, — бубнит Эрин, перекидывая джинсовую юбку, которой она любовалась, через руку.

Та, что пониже, кажется обиженной.

Ну, по крайне мере, у нее есть половина мозгов.

— Это она шутит, — объясняет девочка на одну ночь.

— А вот и нет, — говорит Эрин.

Хихикая, близняшка взмахивает своей костлявой рукой в сторону Эрин, все равно принимая это за шутку.

— Видишь ли, в ночь, когда мы с Кэнди подцепили Неразрушимого, мы были одеты в обезьянок, для «Грохота в джунглях»…

Она продолжает говорить, но я отвлекаюсь.

Она сказала, что имя ее подруги Кэнди? Хотите поставить десять баксов, что это ее настоящее имя? Я удвою ставку на то, что имя второй рифмуется с первым.

Прерывая ее шум, Эрин отчеканивает:

— Чего ты снова хочешь? Эм… Минди, да?

— Мэнди, — хихикает девушка и поправляет свою крохотную сумочку.

Что я и говорила.

— Мне просто было интересно, знаете ли вы, почему Неразрушимый не писал мне в последнее время? — ее реплика заставляет Эрин ухмыльнуться, будто она всезнающая.

Милостивый Боже, не нужно подпитывать ее эго прямо сейчас.

— У него есть девушка, — гордо произносит Эрин, и лицо Мэнди кривится, будто она не понимает, что та только что сказала. Она продолжает странно пялиться, пока мы смотрим на нее, ожидая, когда информация достигнет своей цели.

Будто стоишь и ждешь, что маленький ребенок засунет правильную фигурку в подходящее отверстие.

— Нет, — она наконец-то трясет головой, прежде чем отмахнуться от нас. — Они просто дразнят меня, — она толкает локтем свою подругу. — Они постоянно отпускают эти сумасшедшие странные шуточки, которых я не понимаю, но они, и правда, смешные!

Если она их не понимает, откуда она, мать вашу, знает, что они смешные?

— Какие шутки? — я наконец-то вмешиваюсь в разговор.

— Например, когда вы сказали мне, что Неразрушимый неправильный.

Провал. Просто… провал.

— Неграмотный, — мое исправление снова вызывает хохот.

— Точно! Это! — Она трясет головой и вытаскивает телефон. Ее пальцы с французским маникюром печатают сообщение. — Это так смешно! Неразрушимый не такой. Он знает, как разговаривать…

— Это означает, что он не умеет читать! — хрипим мы с Эрин в унисон.

— И это тоже, — она щелкает. — Все равно, они всегда так шутят… — ее голос утихает, когда ее телефон издает сигнал, и она откидывает голову назад, предоставляя нам текст. — Видите! Нет девушки!

Мы с Эрин наклоняемся, что прочитать сообщение на ее телефоне:

Я: Эй, по слухам, у тебя есть девушка. Это правда? Поэтому ты не писал мне?

Неразрушимый : Нет.

Я: Что нет?

Неразрушимый: Нет девушки.

Я отвожу взгляд и стреляю в Эрин глазами, прилагая все усилия, чтобы спрятать свои эмоции, хотя ком в моем горле все усложняет.

Какого черта я расстраиваюсь? Я хотела, чтобы она оказалась права, но знала, что она ошибается? Потому что сейчас, когда я снова возложила на него надежду, он подводит меня, как и всегда? Вы с ним встречались. Вы знали, что она была неправа, думая обо мне, как о его девушке, так ведь?

— Вы обе такие смешные, — Мэнди качает головой и убирает телефон. — Однажды я пойму эти шуточки…

— Однажды, — акцентирует Эрин.

— Эй, Мэнди, фильм начинается через двадцать минут, — наконец-то говорит ее подруга.

— О, да! Пора идти, — она машет нам и разворачивается на своих красных туфлях, стуча каблуками и оставляя за собой шлейф духов и разочарования.

— Пришла. Сказала. Разозлила, — Эрин закатывает глаза перед тем, как повернуться ко мне. Я позволяю уголку своего рта дернуться вверх. — Послушай, Макс…

— Не-а, — я обрываю ее и притворяюсь, что меня больше заботит одежда передо мною. — Я не хочу это слышать.

— Но, Макс…

— Нет, Эрин. Не хочу даже слушать.

— Черт возьми! Я…

— Дамы, — нас прерывает голос, который я узнаю.

Оборачиваясь, я широко улыбаюсь.

— Эй, Си Джей. Что ты здесь делаешь?

— Шмотки, — он приобнимает меня перед тем, как полноценно обнять Эрин.

Она поднимает палец вверх и качает им из стороны в сторону.

До того, как он задает вопрос, я вздыхаю.