Челси старалась быть хорошей девочкой, пыталась поверить в этого Бога, соблюдать те же ритуалы, что и мама. Но на словах все гораздо проще, чем на деле, особенно когда становилось так страшно при виде отца Тома. Для Челси было все труднее ходить с матерью в церковь по воскресеньям, каждый вечер в тесной спальне читать молитвы. Челси сомневалась, что ее душа когда-нибудь очистится. Открыв глаза, она встретилась с взглядом Марии.

— Мама, я молюсь, чтобы у нас появились деньги. Много денег, чтобы мы могли…

— Замолчи, Челси, — резко прервала ее Мария. — Никогда не проси Всевышнего о материальных вещах. — Она замолчала и медленно встала.

— Но мама, я хочу…

— Нельзя молиться Богу лишь тогда, когда тебе что-то нужно, Челси. Тебе необходима Его помощь.

— Да пошел он, ваш Бог! Да пошла ты! — взвизгнула Челси. Ее черные как ночь глаза засверкали, гнев с дикой силой сдавил все внутри.

Мария ударила рукой по железной тумбочке у кровати так сильно, что едва не перевернула ее.

— Неужели ты не понимаешь, Челси? Ты должна молиться о том, чтобы одолеть болезнь.

Челси замерла. Она чувствовала, как кровь бросилась ей в лицо. Сердце бешено колотилось, и мгновение она боялась пошевелиться. Разум подсказывал ей замолчать, послушно кивнуть и покорно извиниться, но сердце призывало к другому.

Только ее сердце знало, о чем молилась Челси Хаттон. Она верила, что однажды Бог услышит ее молитвы. А когда он откликнется на них, она покинет дом без оглядки.

Но этот день пока не настал. Челси почувствовала пронизывающую боль в сердце. Кожа похолодела и стала влажной. Она попыталась выровнить дыхание: вдох, выдох — медленно, ровно. И тут она потеряла сознание.

Когда подоспела медсестра, Челси уже пришла в себя. Сонливая и вялая, она все равно казалась внутренне напряженной. Ассистент врача отметил ровный пульс и дыхание.

Ей предстояла серьезная операция. В тот момент она поняла, что Господь ее наказал. Возможно, она умирала, как и предсказывала мать. Она надеялась, что Бог не заметит ее страха.

* * *

«Доктор Гаррон, вас вызывают в операционную номер три, будьте готовы. Доктор Гаррон, вас вызывают в операционную номер три, будьте готовы…»

В операционной собралась профессиональная команда: три медсестры, два местных кардиолога и анестезиолог, а также доктор Фил Гаррон, известный детский хирург-кардиолог. О его бескорыстном отношении к детям из бедных семей, нуждающимся в операции на сердце, знали все.

Грудная клетка была уже вскрыта. Хирург ввел металлический расширитель, развел ребра. Затем он вскрыл перикард, обнажив пораженное сердце ребенка.

— Вот, проблема здесь. — Он многозначительно посмотрел на каждого из стоящих у операционного стола, убедился, что все они внимательно следят за его действиями, и тогда кончиком зонда очертил контур расширенного желудочка.

Доктор Гаррон отвел взгляд в сторону, чтобы сконцентрироваться. Когда он поднял голову, в его глазах промелькнула неуверенность. Попадая к Филу Гаррону, маленькие пациенты всегда находились между жизнью и смертью. Его гениальные руки могли бы творить музыку или создавать божественные скульптуры из камня, но он посвятил себя медицине. Обычно Гаррон был уверен в своих силах, но у этой маленькой девочки шансов на спасение было мало. Плохое питание, нищета — дети расплачивались за это своим здоровьем. И все же он должен был попытаться.

— Ну что ж, приступим…

* * *

Пройдя через комнату ожиданий, врач подошел к матери. Он старался не смотреть в глаза, когда говорил ей о том, что произошло в операционной. Когда-то она была красавицей, подумал он, но одинокая жизнь и маленький больной ребенок изувечили ее лицо. Одежда на ней была старая, выцветшее темно-синее платье с обтрепанным, пожелтевшим воротничком, конечно же, куплено у старьевщика. В шкафчике Гаррона висела пара темным брюк от «Брукс бразерс» и кашемировый свитер в тон к ним. Ему стало стыдно, что он имеет так много в этой жизни.

— Почему вы отводите глаза? — напрямую спросила Мария Хаттон. — Она жива?

Хирург посмотрел на нее. Зеленая хирургическая маска все еще висела на шее.

— Ваша дочь — настоящий боец. У нее все получится.

Когда он достал очки из кармана халата, лоб его покрылся морщинами. Он изучил каждую страницу отчета, представленного медсестрой, внимательно вчитываясь в медицинские термины, сделал небольшую паузу и вернулся к началу. Здесь было что-то необычное, показалось ему. Гаррон пытливо искал. Наконец он повернулся к Марии.