– Ненавижу то, что мне пришлось снять кольцо утром.

Его взгляд смягчился.

– Я тоже.

На какой-то момент весь мир вокруг исчез, и они вновь очутились в освещенном свечами амбаре. Интимность, воцарившаяся между ними, сдавила грудь почти невыносимой болью. Хадсон опустил голову, приближая свои губы к ее губам.

Позади них кто-то прочистил горло.

– Извините, что прерываю, - сказал Колин.

Алли отступила.

– Все нормально. Просто обсуждали кое-какие дополнительные вопросы, - она повернулась, уделяя ему полное внимание.
– Что случилось?

Глаза Колина метнулись Хадсону и затем обратно к Алли. Ее ассистент был слишком внимателен, чтобы не заметить происходящее. Но он также доказывал свою отчаянную преданность. Она была уверена, что он и слова не скажет о том, что определенно подозревал.

– Детектив Грин здесь и хочет видеть вас.

– Отведи ее в мой кабинет и предложи напитки. Я буду через минуту.

– Будет сделано.

– Это еще зачем?
– спросил Хадсон, как только они остались одни. Он нахмурился, и складка меж его красивых бровей выдавала его беспокойство.

– Понятия не имею. Встреча не была запланирована.

Он коротко кивнул.

– Значит, у нее есть новости. Она бы не стала заходить, чтобы сказать, что все по-прежнему.

– Думаешь, они сумели связать Джулиана со всем случившимся?

– Не забегай вперед. Сначала послушай, что скажет эта женщина, - предостерег он.
– И позвони мне сразу после ее ухода.

– Обязательно.

Несколько мгновений они просто смотрели друг на друга, затем Хадсон раздраженно выдохнул и провел рукой по волосам.

– Эти платонические прощания становятся утомительными.

Она была абсолютно согласна, но его раздражение заставило ее улыбнуться.

– А если бы люди знали, что мы женаты, то ты что, прижал бы меня к стене?

– Для начала.

– Думаю, мне понравится работать со своим мужем. Если повезет, весь этот цирк скоро закончится.

– Можно только надеяться, - слова Хадсона эхом отозвались в голове Алли, пока она шла к своему кабинету. Надежда. Она и помогла ей продержаться последние несколько недель. Надежда, что они наконец будут свободны от угроз Джулиана; надежда, что убийца ее родителей получит по заслугам; и больше всего надежда, что у них с Хадсоном наконец-то будет будущее, которое им обоим казалось невозможным.

Но когда она вошла в офис, вся надежда испарилась. Детектив Грин сидела в одном из кресел перед столом Алли, спина прямая, лицо мрачное. Как и при каждой предыдущей их встрече, эта женщина средних лет была одета в старомодный костюм, ее песочно-каштановые волосы были убраны в тугой пучок. Зеленые глаза по-прежнему каталогизировали каждую деталь окружения, но когда она встретилась с вопросительным взглядом Алли, в ее глазах уже не было той успокаивающей уверенности, которая помогала Алли пройти сквозь самые тяжелые моменты расследования. В этот раз ее глаза были полны лишь извиняющегося разочарования.

Она встала, как только Алли вошла в комнату.

– Спасибо, что так быстро нашли время встретиться.

– Не проблема, - Алли пожала протянутую руку детектива и обошла свой стол.
– Я надеялась, что ваш визит означает прорыв в расследовании, но судя по выражению вашего лица, вы здесь не поэтому, - она указала на пустое кресло.
– Прошу, присаживайтесь.

– Хотелось бы, чтобы причина была в этом, - пиджак детектива распахнулся, когда она села в одно из кожаных кресел, и Алли мельком заметила значок, который она носила на поясе, и пистолет в кобуре на боку. Она глубоко вздохнула.
– Это никак не скажешь помягче, мисс Синклер, но мы зашли в тупик.

Сердце Алли упало. Этого не могло быть. Джулиан не мог избежать наказания за убийство.

– Я думала, вы узнали личность стрелка?

Грин кивнула.

– Да. Но мы не смогли найти ничего, что связывало бы его с третьей стороной. Ни банковских переводов, ни звонков, ни поездок за город.

Значит, не в том месте вы ищете, хотелось закричать Алли. Но она не могла сказать полиции о том, что ей известно, не обличая Хадсона.

– На данный момент все указывает на то, что он работал в одиночку.

– И каков мотив?

– Это могло быть ограбление, как мы изначально полагали. Но без большей информации мы никогда не узнаем, работал он в одиночку или нет.

Алли закрыла глаза, ей понадобилась минутка, чтобы собраться. Когда она вновь открыла их, детектив стояла перед ее столом.

– В моей работе нет побед, мисс Синклер. Я ничего не могу сделать, чтобы вернуть людям их близких. Но я упорно тружусь, чтобы восстановить справедливость и принести успокоение в их семьи. Мне действительно жаль, что я не смогла сделать этого для вас.