Алли гадала, станет ли присутствие Ника достаточным стимулом для Харпер, чтобы та присоединилась к ней в штаб-квартире Ингрэм. Хоть Алли и продолжала сотрудничать с фондом, она скучала по ежедневной работе с подругой. Теперь, когда Алли вышла замуж, а Харпер почти каждый вечер проводила с Ником, их девичьи вечера стали совсем редкими. Отношения ее лучшей подруги и деверя за последние три месяца стали серьезными, и хоть их дружба никогда не закончится, Алли все равно скучала по их болтовне за коктейлями в 'Таверне' или за салатом у нее в кабинете. Харпер стала домоседкой, предпочитая тихий вечер дома с Ником и Харлей вместо выхода в свет с кем-то еще.

Алли закрыла глаза и невольно улыбнулась при мысли о своей собачьей 'племяннице'. Маленькая Харлей стала не только желанным прибавлением в семействе, она обожала своего дядю Хадсона. Несмотря на все старания Хадсона держать йорки на расстоянии вытянутой руки, она всегда оказывалась у него на коленях. Он закатывал глаза и гладил ее так, точно она была из какого-то взрывоопасного материала, но Алли знала, что в глубине души Хадсон не просто ценил то, какой эффект она оказывала на Ника, но и сам питал к ней нежную привязанность. Он мог называть ее тявкающей белкой или ругаться из-за пожеванного ботинка, но никакие его протесты не отменяли потайной заначки с собачьими вкусняшками, которую она обнаружила в ящике его стола.

На лицо Алли упала тень, а на ее голый живот закапала вода. Она открыла глаза и увидела, что Хадсон навис над ней всем телом, блестящим в лучах предзакатного солнца, и улыбнулась еще шире.

Он достал крошечные наушники из ее ушей.

– Весьма довольная улыбка, миссис Чейз.

Толстый матрас прогнулся, когда он забрался на шезлонг. Он прижался губами к животу, слизывая капли воды, перекатывавшиеся по ее коже точно жемчужины, а секунду спустя завладел ее ртом в страстном поцелуе. Как будто он нуждался в этом. Как будто ему было мучительно больно не касаться ее всего пятнадцать минут. Как будто прошлой ночью он не поимел ее во всех возможных позах.

Алли застонала, раскрывая губы, и его язык ворвался внутрь, лаская ее бархатистыми ударами. Она постоянно жаждала своего мужа, но когда он бывал таким, каждая клеточка в ее теле оживала от его неукротимого и ненасытного желания.

– Так что вызвало то выражение на твоем лице?
– сказал он, наконец прервав поцелуй.

– А?
– переспросила она, на мгновение растерявшись.
– О, просто думала о Харлей.

Его губы погладили ее щеку. Потирание щетины напомнило ей, каково было ощущать ее между бедер, и укол наслаждения пронзил ее естество.

– Тебя целует твой полуголый муж, а ты думаешь о тявкающей белке? Понятно.

– Не сейчас, до этого, - она хихикнула, когда его губы добрались до его шеи.
– И я думала скорее о том, как мой полуголый муж относится к этой белке. Я тебя насквозь вижу, Чейз. Тебе она нравится.

Он издал звук, напоминавший скорее фырканье, чем согласие, а его губы скользнули по ее ключице.

– Она хорошо влияет на Ника, который непременно позволит ей носиться по всему пентхаусу, пока нас нет.

Ник и Харпер нашли отменное применение третьему этажу, когда их с Хадсоном не было в городе. Несмотря на все их попытки дрессировки и тщательную уборку после Харлей, вечно оставалась одна собачья лужица. Именно та, которую Хадсон непременно обнаруживал голой ногой.

– Скажи рыженькой, пусть побыстрее приучит эту чертову собаку к горшку, - его смешок пощекотал кожу Алли.
– И раз уж на то пошло, пусть и Ника к горшку приучит.

Алли закатила глаза, зная, что он все равно не увидит.

– Говори, что хочешь, но ты очень мило с ней обращаешься, - ее тон сделался серьезным.
– Ты будешь прекрасным отцом.

Хадсон замер. Секунду спустя он поднял голову, и в его глазах плескалась смесь любящего беспокойства и чистой паники.

– Ты...
– он тяжело сглотнул.

– О боже, нет, - выпалила она, осознав, что нечаянно создала впечатление, будто она беременна.

Хадсон перекатился на спину и выдохнул. Алли не хотела его пугать и определенно понимала его облегчение, учитывая, сколько времени прошло. Они были вместе относительно недавно, и большую часть этого времени вынуждены были справляться с ситуациями намного хуже тех, с которыми сталкиваются обычные пары. И желание просто насладиться друг другом было абсолютно логичным, даже уместным.

Но опять-таки, они уже не подростки. И они женаты. Неужели все было бы так плохо, окажись она и вправду беременной? Она представила образ маленького мальчика с синими глазами Хадсона и его темными волнистыми волосами, и теплое ощущение наполнило ее живот. Она даже на мгновение не задумывалась, что может забеременеть, и не была готова стать матерью, но и не могла отрицать укол разочарования из-за того, что не носила в себе дитя Хадсона. Более того, она не могла отделаться от беспокойства из-за контраста их реакций.