Как бы то ни было, если Тамара действительно кидалась на шею Сергею, то она сделала неправильный выбор. Не того выбрала для приложения своих страстей.

– Что тебе нужно на этот раз, Ступин? Опять кого-нибудь убивать предложишь? Учти, ничего не выйдет. Как древние говорили: «Времена меняются, и мы меняемся с ними».

Сергей не удивился, только отрицательно качнул головой.

– Никого убивать не нужно. Скорее, наоборот – спасать.

– И кого же именно?

– Меня.

Вот тут Миронов не выдержал и расхохотался. А отсмеявшись, сказал:

– Ну, ты, брат, и наглец! Тогда я тебя ловил, скажем так, по долгу службы. Теперь же с какой стати спасать должен? Да у тебя денег не хватит, чтобы мою помощь оплатить!

Ступин досадливо поморщился.

– Не в деньгах дело! Их у меня, правда, хватает, еще и лишние есть. Прошу помочь просто по старой дружбе. Не к кому мне больше обратиться сейчас. Так уж ситуация сложилась!

Евгений достал новую сигарету. Разговор становился по-настоящему интересным.

– Никогда не поверю, что деньги для тебя могут быть лишними. А насчет дружбы… Ну-ка, вспомни, при каких обстоятельствах мы с тобой в последний раз встречались? Нет, прости, не в последний, не в Анголе, а в предпоследний, здесь, в Германии! Хорошо помнишь? А уж я-то как помню! И после этого ты смеешь говорить о дружбе?

Взгляд Ступина стал просто умоляющим. Вылитый кот в сапогах из «Шрека»! Ну да, а потом завизжит и выхватит шпагу. В данном случае, конечно, пистолет.

Но за оружие Сергей хвататься не стал. Он просто положил ладонь Евгению на плечо и очень тяжело вздохнул. Было ясно видно, что человеку действительно тяжело. И Ступин не играл, Миронов это чувствовал. Только вот желания помогать этому человеку никак не появлялось.

– Ты хотя бы выслушай меня, – попросил Ступин. – А потом уже все решишь.

– Ну, давай, выкладывай, – нехотя согласился Миронов. – Только по-быстрому, жена вот-вот вернется.

– У нас еще примерно полчаса, – заверил его Сергей. – Мне хватит.

Об открытке, посланной самому себе, Евгений жене рассказывать не стал. Если дойдет, пусть будет приятным сюрпризом по возвращении. И, естественно, ничего не сообщил о встрече со Ступиным. Кстати, тот теперь не был Стайницем, жил под другой фамилией. А под какой именно, Евгению еще предстояло узнать при более длительной встрече, уже в Эрфурте.

Потому что он все же согласился помочь Сергею. Тряхнуть стариной, так сказать. И вовсе не из дружеских чувств, тем более что ничего подобного он к своему бывшему приятелю не испытывал. Ступин сумел заинтересовать его. Не материально, хотя какая-то выгода в случае успеха подразумевалась. Появилась возможность выявить и «прикрыть» тех самых боссов, на которых работал Сергей в бытность свою Стайницем. Ликвидация их значила для Ступина спасение и жизнь, а для Евгения возможность довести давнее дело до конца, помощь своей стране и… моральное удовлетворение. А как без этого?

– Балда ты! – сказала Наташка мужу. – Зря не пошел! Там такая красотища! Настоящее Средневековье. Даже стол есть, за которым Лютер работал.

– Ну и фигли? – лениво возразил Евгений. – Кто такой этот Лютер? Монах-расстрига, который против церкви попер. Других на костре сжигали за подобное, а ему повезло. Я-то почему должен от радости прыгать и молиться на его рабочее место? Я – православный, а не какой-то там протестант.

Но религиозного диспута развивать не стал. Мало ли как это в ранимой Наташкиной душе отзовется.

После замка решено было пообедать. Собственно, в ресторан всех пригласил Миронов, объяснив это тем, что надо ответить на вчерашний ужин. Мол, платит он, а выбор ресторана – за Готштедами, им лучше знать, где две солидные семейные пары могут хорошо посидеть. Немецкий журналист и его русская жена попытались возражать, но неубедительно. И, в конце концов, решено было вернуться в Эрфурт, где Рольф пообещал повести их в какой-то особенный ресторан.

Тамара искоса поглядывала на Евгения, словно пытаясь понять, состоялся ли его разговор с Сергеем и если состоялся, то чем завершился. Но Миронов хранил непроницаемость в лице и про себя посмеивался: гадай, гадай, страстная русская женщина!

Вернулись в Эрфурт и переоделись для похода в ресторан. Машину Рольф брать не стал, сказал, что тут недалеко. Но Евгений подозревал, что немцу просто хочется пива, чтобы снять стресс от вчерашнего.

Хотя идти и вправду оказалось всего минут двадцать. Место для ресторана было выбрано странноватое. Вокруг здания какие-то ручейки и протоки. На вопрос Евгения, почему так, Рольф принялся объяснять, что в этом-то и есть главная прелесть заведения. Здесь, дескать, в воде разводят какую-то специальную травку, завезенную французами, очень ценную и полезную. Гурманы просто глаза закатывают от удовольствия, когда эту травку употребляют. Повара и супы из нее готовят, и салаты, и в мясные блюда добавляют. Евгений слушал его вполуха, а сам оглядывал окрестности. У одного пруда, в котором плавали крупные то ли карпы, то ли форели, стояли автоматы для продажи рыбьего корма. Захотел ты развлечься, рыбку покормить – кидай монетку и получай пакетик. И тебе приятно, и хозяин экономит, одновременно зарабатывая.