В Италию «сеньор Массимо» так больше и не вернулся. Хоть и тосковал по ней. В России — не прижился. Что с ним стало — неизвестно. Одни говорили, что извела композитора тоска, не оставлявшая его ни на минуту. А другие — что извел его часто пролетавший в те годы над Петербургом черненький, с итальянской скрипкой под мышкой, кривой и насмешливый бес.

Ну а годовая лесенка жизни Березовского — вот она.

1745 год. Максим родился в городке Глухове на Украине в небогатой казачьей семье. Семи лет попал в школу певчих, а потом в Киевскую духовную академию. Там он и начал сочинять свои хоровые концерты.

1758 год. Максим переехал в Петербург, стал петь в хоре мальчиков под руководством Марка Федоровича Полторацкого. Начинает писать хоровые концерты, которые сразу же завоевывают самую широкую популярность.

1759 год. Березовский предстает перед нами как актер-трагик на сцене ораниенбаумского придворного музыкального театра. В операх, в которых принимает участие Максим, он оказывается единственным русским актером — остальные роли исполняли итальянские певцы.

1763 год. Березовский женится на актрисе Придворного театра Франциске Ибершер. Бракосочетание было в центре внимания всего двора не только потому, что сама императрица благоволила к новобрачным, но и оттого, что для молодой Екатерины готовился еще один изысканный спектакль с участием придворных артистов.

1766 год. 22 августа в Янтарной комнате Екатерининского дворца под Петербургом «придворными певчими был пет концерт, сочиненный музыкантом Березовским». Но настоящая слава была впереди. Посылают Березовского в Италию, в Болонскую филармоническую академию «пенсионером».

1771 год. 15 мая Березовский избран членом Болонской филармонической академии, ему присвоено звание почетного академика. Этой чести в 1770 году удостоился 14-летний Вольфганг Амадей Моцарт.

1772-73 годы. В сезон карнавала в Ливорно поставлена опера «Демофонт», либретто для которой написано Пьетро Матастазио, писавшим для Г. Генделя, В. Моцарта, Й. Гайдна, К. Глюка и других.

1775 год. С эскадрой графа А. Орлова возвращается Березовский на родину. Князь Григорий Потемкин назначает его на должность придворного капельмейстера.

1777 год. Последний год жизни замечательного композитора, чьи духовные концерты — шедевры русского хорового искусства.

На земле перед барским домом сидел мужичонка в лаптях и серой летней свитке. Он пел, и голос его оказался на удивление высоким и чистым.

Первыми на песню откликнулись канарейки. В просторной зале со столом и роялем их было штук пятнадцать. Сидевший за столом барин поднял голову и улыбнулся. Был он в халате и красной турецкой шапочке — с кисточкой феске. Он отложил перо и, растворив окно, стал вслушиваться в песню.

Вдруг дверь в залу распахнулась и вошла важная старая барыня.

— Мишель, надобно Василя выпороть! Намедни он плясал неприлично. А теперь поет ни свет ни заря. Думаю, пьян, каналья!

— Слушаю, маменька. Однако ж позволю себе заметить…

— Ах, что и замечать, мон шер!.. Непременно его выпороть нужно!

Старая барыня ушла. А композитор Глинка (а это был он), вместо того, чтобы звать слуг, поманил Василя пальцем. А когда Василий подошел, сказал ему что-то шепотом.

— Будет сполнено, ваша милость! — радостно крикнул дворовой и вмиг куда-то пропал.

Не успел Михайло Иванович дописать нотную строчку, как в саду снова послышался шум и визг. Михайло Иванович снова подошел к окну.

За визгом раздался свист. И вместо Василия выскочила в сад громадная рябая свинья. Барин от неожиданности даже отпрыгнул в сторону. Но тут же вслед за свиньей выскочил в сад и сам Василий.

— Куда, куда, Хаврютка! — закричал Василий. А затем с гиком и свистом прошелся по аллее вприсядку и запел.